Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 51 – Ольга Консуэло

— Она не предлагала тебе прийти именно в Кьярриню? — уточнил Мьюр.

— Нет, — покачала головой Мюльда. — Я сама так решила. Да и другого леса поблизости всё равно нет.

— Нужно сделать поисковый портрет этой самой Блехингар, — подал голос Лейдинлехт, с разрешения Мьюра также присутствовавший при опросе.

— Зачем? — не поняла Альви. — Разве оннурвера всегда выглядят одинаково?

— Отличная мысль! — поддержала мужа Урслин и пояснила: — Конечно, оннурвера не имеют постоянного облика, но после того как их призвали, обычно сохраняют тот образ, в котором появились после вызова в первый раз, если только у них нет веской причины его изменить.

— Я всё равно не понимаю, что нам даст это изображение, — заметила Альви.

— А я понимаю, — ответил за Урслин Мьюр. — Мы его размножим и покажем другим детям, чтобы выяснить, являлась ли эта Блехингар кому-то еще. И снабдим всех, кто ее видел, защитными артефактами.

— Думаешь, их будет много? — с сомнением спросила Альви.

— Не уверен, но полагаю, что оннурвера являлось одновременно нескольким детям, — ответил Мьюр.

— А вот я уверена, — добавила Урслин. — Просто после того как один из детей решался отправиться в лес, оно усыпляло остальных, поскольку за один раз может забрать только одного ребенка.

— Значит, надо вызывать полицейского художника, — подытожил Мьюр.

— Не надо! — замотала головой Мюльда. — Я сама могу ее нарисовать, я очень хорошо рисую. Нет, конечно, ваш полицейский художник сможет лучше, но я бы хотела сначала попробовать сама.

— Давай так и сделаем, чтобы не терять времени, — согласился Мьюр. — Ты начинай, а я попробую дозвониться твоему папе. А если не сумею, пошлю к вам домой полицейских, чтобы его разбудили и привезли сюда. Всё-таки уже ночь, и чем быстрее мы здесь закончим и ты сможешь отдохнуть, тем лучше.

Мюльда кивнула и принялась рисовать на листе бумаги, который ей дал Мьюр. Карандаша у него не было, не нашлось его и в целительской, где они беседовали с девочкой, поэтому ей пришлось использовать ручку, но Мюльда не преувеличивала — рисовала она действительно хорошо, и изображенная ею «фея» получилась вполне узнаваемой. Во всяком случае Альви с удивлением опознала сногсшибательную блондинку, явившуюся ей во сне два месяца назад, после того как они обнаружили Сеусу Ревюрлинн. Однако это открытие она пока озвучивать не стала, решив, что такие подробности лучше отложить до того момента, как Мюльду заберут домой.

Получив рисунок, Урслин принялась названивать шефу УКПМП, чтобы договориться о том, как без промедления довести информацию об опаснейшем оннурвера до всех потенциальных жертв. Тем временем утомленная переживаниями этой непростой ночи Мюльда задремала, привалившись к Альви, так что ворвавшийся в целительскую примерно полчаса спустя Нальтиг Ульвариссен застал свою дочь мирно спящей.

— Давайте пока не будем будить Мюльду, — шепотом предложила Урслин. — Мы можем рассказать вам, что случилось, и в коридоре, а девочка пусть еще немного отдохнет.

Убедившись, что с дочерью всё в порядке, Нальтиг заметно успокоился, поэтому не стал спорить и послушно вышел в коридор вместе с Урслин и Мьюром. Объяснения не заняли много времени, и минут через двадцать отец подхватил на руки так и не проснувшуюся Мюльду и отправился домой, а остальные смогли наконец-то приступить к обсуждению дела без лишних ушей.