Книга Белый Шиповник и Черные Ягуары, страница 159 – Ольга Консуэло

— Да потому, что от одной только мысли, что я могу тебя потерять, как отец потерял свою Ани, я с ума схожу! — выкрикнул Ренц так громко, что Инса даже вздрогнула от неожиданности.

— Да почему это вдруг ты должен меня потерять?! Опять какое-то предчувствие?

— Я не знаю, — Ρенц сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Но мне всё время кажется, что ты можешь исчезнуть. И я снова останусь один. Ты — самое дорогое, что есть в моей жизни, и я не хочу — без тебя.

Эти слова вонзились Инсе в самое сердце, и она задохнулась от острой боли. Ей не нужны были никакие клятвы, чтобы понять, что Ренц говорит искренне. Это было жутко и душераздирающе, но при этом — невыносимо тpогательно. Инса сморгнула подступившие слезы, понадеявшись, что в неярком свете фонарей Ρенц их не заметил, и сделав пару глубоких вдохов, успокаивающим тоном сказала:

— Всё будет хорошо. Духи пустыни сказали мне, что я от рук Гернисио Рентальо не пострадаю.

— Правда? — с надеждой переспросил Ренц, внимательно вглядываясь в её лицо.

— Конечно, — улыбнулась Инса с уверенностью, которой не ощущала. — Тебе не стоит так волноваться.

— Я понимаю, но ничего не могу с собой поделать, — вздохнул Ренц. — Наверное, это ненормально, и я даже готов пойти на прием к этой твоей Арлинтене, когда мы поедем в Стадстрен. Если ты, конечно, еще не передумала меня приглашать.

— Пока не передумала, а дальше всё будет зависеть от тебя. Ладно, давай свою клятву, да пойдем обратно, а то как-то уже слишком прохладно становится.

— А какое условие-то ставить? «Когда эта история с темной магией закончится» — это слишком расплывчато.

— Давай так: «Когда обезвредят того, кто причиняет вред студентам-стихмагам, но не позже окончания текущего учебного года».

— Хорошо, давай так.

Ренц дал клятву, и они отправились в общежитие. У крыльца парень поинтересовался:

— А мне можно зайти?

— Конечно, — удивленно ответила Инса.

— То есть, ты больше на меня не злишься? — уточнил Ренц.

— Представь себе, нет. Кита оказалась права, после того как я тебе всё высказала, мне действительно полегчало.

— Значит, ты пойдешь со мной на свидание в воскресенье? — широко улыбаясь, спросил парень.

— Значит, пойду, — вернула ему улыбку Инса.

***

Но в воскресенье никто никуда не пошел. Вернее, пошел много кто и много куда, но Инсы с Ренцем среди них не было. Потому что в пятницу вечером обнаружился еще один пострадавший стихмаг — Хосимо Венья, тот самый двоюродный брат Ренца, внук Нарио Венья, не пожелавшего когда-то признать отца Ренца своим законным сыном. И в конечник, сразу после занятий, Ренца вызвали на допрос, не дав даже пообедать, а после допроса вообще задержали.

Οб этом Инса узнала, разумеется, от Хелы, которая, вопреки обыкновению, прежде чем привлечь всеобщее внимание сенсационным известием, отозвала Инсу в сторону, когда она направлялась на обед, и поведала все подробности лично ей.

— Я при всех скажу, что парня твоего задержали, наверное, по подозрению в использовании темной магии, — негромко говорила одногруппница, явно не желавшая, чтобы их услышал кто-то еще. — Но на самом деле это не так. Твоего Ренца задержали за нападение на дознавателя.

— Чего?! — в полный голос выразила свое недоумение Инса.

— Тише ты, — шикнула Хела. — Видимо, тот ему что-то такое сказал во время допроса, вот Реңц ему и врезал, и насколько я слышала, врезал действительно неслабо. УМБ-шников, конечно, учат приемчикам разным, но видимо этот тип растерялся от неожиданности и пропустил удар.