Книга Восемь рун в сердце зимы, страница 13 – Ольга Консуэло

Но однажды на одной из многолюдных студенческих вечеринок Норт познакомился с Крестиндой Пертиксен — единственной дочерью и наследницей Флендрика Пертиксена, владельца приисков Пертиксена. И юная Тинда запала на красавчика Тиркенссана в первый же вечер.

Нельзя сказать, что Норт не колебался. Колебался, и еще как! Но милая сердцу Гранди была далеко, а наследница приисков Тинда — совсем рядом. А он, мальчик из бедного района провинциального городишки, так мечтал разбогатеть!

Разумеется, у Тинды был жених — ан Пертиксең не мог пустить такое важное дело на самотек. Но верность будущему мужу, который был её старше почти на пятнадцать лет, юная наследница не хранила. Этим-то Норт и воспользовался. Затащить влюбленную девушку, к тому же уже не девственницу, в постель было плевым делом. Но этого, конечно, было недостаточно.

И тогда коварный обольститель пошел ва-банк: заменил противозачаточные пилюли Тинды на те, которые способствуют зачатию. Для здоровой женщины вероятность забеременеть — почти сто процентов. И не прошло и трех месяцев, как вожделенная наследница прибежала к нему в слезах, объявив о своей беременности, на что Норт, для пущего правдоподобия изобразив поначалу удивление, растерянность и даже недовольство, в итоге твердо заявил, что готов жениться на ней хоть прямо завтра.

Окрыленная сделанным предложением, Тинда отправилась к будущему деду, которому твердо заявила, что встретила любовь всей своей жизни, избавляться от будущего ребенка не намерена ни в коем случае и приносить свое счастье в жертву отцовским амбициям не согласна.

Скандал, конечно, был страшный!

Но Флендрик Пертиксен понимал, что если интрижки будущей жены выбранный им жених ещё может стерпеть, то её беременность — уже нет. Так что выбора по сути не было, и меньше чем через месяц роскошная свадьба счастливой до умопомрачения Тинды и удовлетворенного хорошо проделанной работой Норта состоялась.

Что же касается Гранди, то ей он прислал магпочтой не слишком длинное письмо: так мол и так, в разлуке встретил другую, увлекся, не устоял, теперь будет ребенок, прости и прощай.

Контраст получился чудовищный — еще вчера жених мило ворковал с ней по магофону, заверяя в безграничной любви, а сегодня — бац! — такое вот письмо и всё кончено.

Убитая известием и внутренне опустошенная, Грандика забросила учебу и даже не смогла дописать магистерский диплом. Возможно, она бы и вовсе не закончила магистратуру, но за девушку вступился научный руководитель, заставивший руководство института учесть её безупречную учебу до этого печального момента, и Гранди разрешили защищаться на следующий год. Что она и сделала, взяв себя в руки не без помощи того самого научного руководителя, ставшего впоследствии её мужем.

* * *

У Ρисы не было слов. Пожалуй, теперь она понимала, что пятьсот золотых — вполне нормальная компенсация, хотя правильно, конечно, сказал Нортрес — даже такая значительная денежная сумма не сможет изменить прошлое. Но отказываться от денег девушка ни в коем случае не собиралась — маме теперь всё равно, а водопровод сам себя не починит, и новая мебель на деревьях в саду не вырастет.

— Благодарю, что рассказали, — накоңец произнесла она, — пойду, пожалуй, спать, что-то я устала.

— Конечно, — ответил Нортрес, — спокойной ночи, ана Меринтен.