Книга Любовь оборотня, страница 436 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Они рухнули на мостовую, оборотень — спиной, Даниэль сверху. Тряхнуло знатно, до самых костей, до звона в ушах. Оборотень сразу завозился, и Даниэль, приподнявшись, двинул ему в челюсть. Замахнулся еще раз, для верности, но ударить не успел. Темя прострелила боль, перед глазами вспыхнуло и потемнело.

С самого дна этой темноты слышались далёкие голоса, его куда-то тащили, заталкивали, один голос казался знакомым, и это было неправильно, только он никак не мог взять в толк, почему…

Потом он открыл глаза, и тот самый голос произнёс:

— Очухался? Ну, здорово, кузен!

Каких бесов… Манфред?

— Попить есть? — прохрипел Даниэль, трогая ушибленную голову.

Голова гудела, но худо-бедно работала. Со всех сторон струились потоки флюидов, и Даниэль присвистнул про себя: он был в мажи-мобиле, в «невидимке», собранной по индивидуальному заказу. Броня — из крупнокалиберного пулемёта в упор не пробьёшь. Маскировка объединяет полог невидимости, экран магнетического поля и, что самое интересное, «тень», способную прикрыть мобиль от взгляда видящих. Разрешения на такую штуку выдают только на самом верху, и не для того, чтобы золотым мальчикам веселее каталось…

Даниэль принял фляжку из рук Манфреда, глотнул и сморщился. Версент! Жгучая штука. Мозги сразу прочистились.

В мобиле их было четверо. Впереди, рядом с водителем стонал покалеченный крылан, Манфред расположился сзади напротив своего пленника. Даниэль вспомнил, как удивился, когда кузен, называвший оборотней не иначе, как скотом, взял в свою свиту одного из них. Здоровый, кстати, бугай. Даниэль не мог понять, как с ним справился.

— Знаешь, мы сначала напряглись: кто тут, кроме нас, по ночам шастает? — с усмешкой заговорил Манфред. — А это к малышке Карите. Вот тебе и тихоня-домоседка! — Он глумливо причмокнул. — Задница у неё очень даже…

Хорошо, что Даниэль еще не вполне пришёл в себя, и реакция у него запаздывала. Здравый смысл включился раньше кулака.

— Она тебе уже дала? — поинтересовался Манфред.

Даниэль заставил себя ухмыльнуться:

— А то.

Прости, Ри.

На вопросы о том, что Манфред забыл у дома Кариты и куда они едут, кузен отвечал туманно. Но из реплик, которыми он обменивался с водителем, было ясно, что речь о какой-то политической провокации, которая укрепит позиции мажисьеров и… сорвёт референдум на Островах?

Даниэль решил, что ослышался.

— Референдум? Ты серьёзно?

— Они хотели свободы, а теперь рвутся обратно, к благам цивилизации, — презрительно усмехнулся Манфред.

— Они идут за Вертексом, — неожиданно подал голос оборотень. — Не будет этого предателя, и они поймут, что Континент нам не нужен.

У Даниэля резко закружилась голова.

— Вы собрались убить Вертекса? — он наделся, что сумел изобразить недоверчивое восхищение, даже присвистнул для пущего эффекта.

— Зачем убивать? — Манфред таинственно улыбнулся. — Всё будет по закону.

«Невидимка» вырвалась из пригорода на пустое утреннее шоссе.

Когда-то здесь тянулись целые поля солнечных панелей, но «Ночное зеркало» сделало старые электростанции ненужными, и теперь кругом шумели молодые яблони. Мобиль свернул на неприметную дорогу, под табличку «Проезда нет». Преодолев цепь ограждений, выкатил на небольшое лётное поле, где дремали три компактных аэромобиля. Внезапно Даниэль узнал место — неподалёку находилось столичное поместье Карассисов.