Книга Любовь оборотня, страница 334 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

— Доброе утро, — поздоровался мужчина и протянул девушке стакан. — Это тебе. Чтобы утро было доброе не только на словах.

— Ого, — немного растеряла Хелена. — Спасибо.

— Нравиться? — С затаенной опаской спросил Соррен, когда девушка попробовала шоколад.

— Очень вкусно. Где вы его взяли? Я бы стала туда заходить.

— Ну… Хм… — оборотень смутился.

Признаваться девушке в том, что он готовил для нее сам, было очень неловко и даже немного страшно. А вдруг оттолкнет?

— Признавайтесь, господин Соррен, — весело сказала Хелена.

— Чистосердечное признание не уменьшает срок, но облегчает совесть? — хмыкнул тот.

— Ага.

— Тогда признаюсь, но в обмен на маленькую услугу.

— И какую же?

— Называй меня просто по имени. А то от этого «господин Соррен» зубы сводит.

— Хорошо, — кивнула Хелена, немного смутившись. — Так где вы взяли шоколад? Бьорн?

— Ну… — оборотень запустил пальцы в густые каштановые волосы на затылке и признался: — Если честно, я сварил его сам.

— Сам? — ошарашенно повторила Хелена. — Вот прямо совсем-совсем сам?

— Да, — коротко ответил мужчина, а потом решился: — Для тебя.

Девушка растерянно моргнула и порозовела. Потом уткнулась носом в стаканчик, вдыхая запах шоколада и пряностей. И тихо пробормотала:

— Спасибо, Бьорн.

Больше они не разговаривали. Но между ними установилось такое насыщенное разными эмоциями молчание, что даже ехидный Олаф Тромсе не рискнул отпустить какой-нибудь комментарий.

С тех пор шоколад стал ещё одной ежедневной традицией. Медведь каждое утро встречал девушку со стаканом сладкого напитка, а та шутила, что ему срочно нужно уйти из следователей и открыть собственную кондитерскую. А потом начала в ответ носить ему домашнее печенье к чаю.

Они вместе ходили на работу и домой, обедать, а иногда даже и ужинать. Только дела, которые все же пришли в отдел после непродолжительного затишья, вели отдельно. Соррен, как старший следователь, занимался самыми серьезными, а новичок-Юнсен была пока на подхвате у коллег. Но они по молчаливой мужской солидарности старались ее лишний раз не дергать.

Это утро начиналось как обычно. Бьорн с Хеленой встретились на перекрестке, где медведь вручил девушке привычный шоколад и непривычный букетик лиловых тюльпанов. Они дошли до Управления, поздоровались с дежурным, и, когда уже проходили через турникет, входная дверь с грохотом распахнулась.

— Убили! — прогундосил коренастый рыжий мужчина.

Он чуть не врезался в будку дежурного, остановился, оглядел всех присутствующих людей и нелюдей и повторил:

— Убили!

— Я следователь Соррен из отдела убийств, — мгновенно сориентировался оборотень. — Пройдемте с нами.

Мужичок как-то сжался, будто его самого собирались посадить в камеру, но безропотно пошел куда было велено. Бьорн Соррен завел его в кабинет, кивнул на стул для посетителей, а сам достал чистый лист, и приготовился записывать.

— Как вас зовут?

Мужчина стянул с косматой головы шапку, неловко поерзал и представился:

— Петер Андерсон, из Лисьих Горок.

— Что у вас случилось? — повторила Хелена, пристраиваясь рядом с оборотнем.

— Так убили, — душераздирающе вздохнул господин Андерсон. — Деверя моего, Карла.

— Рассказывайте.

— Ага. Карл, значит, поехал вчера в Эрнефъялл, повез заказы в магазин. Он краснодеревщик. В Лисьих Горках работает, а в город возит и в магазин сдает. Так вот и вчера тоже поехал. Сказал, задержится на ночь. Покупки там, рынок, то да се. Ну и задержался. А сегодня я уже в город поехал, тоже по делам. Ехал, значит, по дороге по нашей, никого не трогал. Вдруг сморю — лежит!