Книга Любовь оборотня, страница 232 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Диагноз: Избегающее расстройство личности.

Хм. Я вновь кинула взгляд на парня и раскрыла папку. Куча бумажек с анализами.

Характеристика леч. врача: физиологически полностью здоров. Тяжкая степень расстройства личности, проявляющаяся совершенной ненавистью к себе.

Мелкими буквами приписано, двенадцать попыток самоубийства.

— Отлично. — вырвалось непроизвольно с губ. — Ну здравствуйте камикадзе Френсис! Я теперь буду вашей собачкой что будет постоянно тявкать "нельзя"!

Когда мозг обработал, что я ляпнула, я испуганно глянула в угол. Психолог из меня дьявольский — однозначно! А парень поднял голову и я утонула в больших ярко зелёных глазах, так и замерев с открытым ртом. По возрасту слегка старше меня, до жути обросший, длинные спутанные волосы, борода, вокруг глаз жуткие тёмные круги, видимо от недосыпа. Склонил голову на бок, внимательно меня рассматривая.

— Меня зовут… — прошептала, отбрасывая бумаги и нервно сглотнув. — Мелисса.

— Твои волосы. — произнёс совершенно спокойно настолько низким приятным голосом, что у меня мурашки по коже побежали.

— Не нравится? — сощурилась, пытаясь сконцентрироваться только на его глазах и отгоняя желание, рвануть отсюда как можно дальше.

— Напротив. — я едва улыбнулась, обхватив себя руками, но сделала пару шагов к нему, кивая на стену.

— Можно? — он не понимающе моргнул, а я тихо пояснила. — Сесть рядом?

— Тебе же страшно. — хмыкнул, опуская одну ногу вперёд и облокотив на колено руку. Пожала плечами, всё-таки оказавшись рядом и сев, закрыла глаза.

— Страшно. — призналась честно. — Но это моя эмоция и вовсе не значит, что у неё есть основания.

— Хочешь сказать, я не страшный?

Я открыла глаза, оглядывая комнату с этой стороны.

— Вам не приходило в голову просто кровать передвинуть? — поинтересовалась, проигнорировав его вопрос.

— А?

— Вы сидите здесь потому что сюда совершенно не попадает солнечный свет? Можно же кровать сдвинуть и… — меня прервал громкий хохот.

— Прирожденный психолог! Я бы поаплодировал стоя, но за то что я смеюсь, тебе и так конфетку дадут.

Я подавила смешок.

— Не угадали. Я тут… Случайно можно так сказать.

— То есть ты не психолог? Впрочем да, врачей с розовыми волосами не бывает, да и мелкая ты слишком…

— А вы, однако, хам!

— Возможно. Ты сказала тебя зовут Мелисса?

— Ага. Так в чём ваша проблема?

— Забудь, что я сказал про психолога. Такие вопросы не задают на пря…

— Я и не запоминала. Так что у нас тут?

— А ты не промах!

— Взаимно. Так всё-таки что? Вам кажется, что вы вампир, что боится солнца?

— Я не боюсь солнца.

— Прекрасно.

— Прекрасно, раз ты попала сюда случайно, значит никакой цели ты не преследуешь?

— То есть?

— То есть пытаться вправлять мне мозг ты не будешь?

— Нееет.

— Тогда, пожалуйста, отойди от меня, садись на кровать и жди, когда твоя смена закончится. Не будем трогать друг друга.

Я открыла рот, на языке вертелось дикое возмущение такой наглости. Но я во время отдернула себя. Он же больной… Пожалуй, самым разумным будет принять его предложение.

Несколько недель прошли в довольно скучном ритме. В больницу я ходила и по-прежнему наблюдала Френсиса, что молча сидел в углу, уткнувшись в свои колени. И как только у него тело от такого положения не затекает? Впрочем какая мне разница. Муж Дени оказался тем еще занудным и скучным снобом. Курортом моя жизнь совершенно не пахла и меня это невероятно раздражало. Дни свободные от работы, я проводила дома, помогая сестре вымывать дом, потому что из-за малейший пылинки её суженный закатывал скандал. И как она его терпит?! Я бы уже прибила давно! Я размышляла над этим, лёжа на больничной кровати. В итоге нервы сдали, я села и раздраженно поинтересовалась.