Книга На краю звездопада, страница 179 – Наталья Чернышева

Вчера она внезапно заговорила о детях.

— Дес, не возражаешь ли ты против сестры или брата?

— Тебе же нельзя, – удивилась я.

Ну да. Анна Жановна тогда наложила жёсткий запрет на репродуктивную деятельность всем носителям моей генетической линии. Ошибки биоинженеров затрагивают человеческие судьбы, ничего не поделаешь. Чем производить на свет больных детей или гасить случайно получившиеся больные эмбрионы, лучше вовсе не допускать момента их зачатия.

Нет зачатия – нет проблем, всё так, но звучало грустно, если вдуматься. Каждому из нас рано или поздно приходит в голову мысль продлить себя в вечности – через детей…

— Ты не знаешь, – сказала мама. – Профессор Жарова-Ламель скоро прибудет на Аркадию. Она сказала, что собирается открывать новую генетическую линию, и предложила нам с Элом участвовать. Единственный шанс у нас зачать дитя – только по этой программе. Или же дети будут строго по отцу, без единой моей части.

— Для тебя это важно, мама? – спросила я.

— Полагаю, да, – серьёзно кивнула она. – Кстати, ты тоже можешь обратиться, если захочешь.

— А у меня сложнее, – задумчиво выговорила я. – Гибрид человека и апарие, полагаю, невозможен в принципе.

— В межрасовых браках дети рождаются по образу одного из родителей. Общеизвестные истины…

— Подумаю, – сказала я.

Что ж, наш дом ожидало нашествие маленьких дикарей, часть из которых будет крылатыми. Сае рассказывал, что крылья начинают расти не сразу, но подростки – те же самые магниты для неприятностей, что и мелкие, только сильнее и выше.

Я вдруг почувствовала себя совсем уже взрослой, вполне готовой на такое безумие, как свой собственный ребёнок, возможно, даже ещё и не один.

— О чём думаешь, солнце? – с улыбкой спросил Сае, отвлекаясь от терминала.

Он не закрыл экран от просмотра со стороны. И я увидела, как в нижнем углу крутится шарик с рекламой: «Лучшие модули и станции замкнутого цикла для космических поселений – от «СолСпецСМУ»! И счастливая физиономия Полины, с сиреневыми кудрями по плечам. Ух ты! У неё получилось. В душу плеснуло теплом. Значит, моя знакомая со Старой Терры добилась своего. Надо будет связаться, почему бы не возобновить работу в качестве уличного дизайна космических станций? Им наверняка сейчас не хватает сотрудников на все посыпавшиеся заказы; я уже с ними работала, мне – не откажут. Правда, придётся слетать в локальное пространство Солнца, для заключения контракта. Но такая мелочь, право…

Ведь у меня был теперь персонкод гражданина Федерации, и паранорму свою я умела держать под контролем. А бешеного бывшего адмирала Кострова на горизонте было не видать, потому что бедный мой биологический отец умер. Собственное безумие убило его. Называть отцеубийцей Стефана не поворачивался язык.

Стефан, кстати, продолжил службу. Он не говорил, в каком именно отделе, но можно было догадаться – в том, что специализируется по пространственным разломам и всякой прячущейся там швали. Его паранорма в самом деле была схожа с моей, и она не умерла целиком от моего удара. Что-то осталось. Не огонь, а – умение находить дорогу там, где дорог не существовало в принципе.

Я назвала его братом и сказала ему, что он всегда может прилететь на Аркадию, в наш дом. Он сказал «спасибо». А про себя подумал «ни за что». Подумал-подумал, по глазам было видно.