Книга На краю звездопада, страница 149 – Наталья Чернышева

Мысли о том, что вот сейчас какой-нибудь сбой и всё отключится, в такие моменты от себя лучше гнать куда-нибудь далеко, чтобы никто не нашёл.

Мне отвели место в одной из таких белоснежных башен. Гостевые апартаменты, как можно было узнать из информационного экрана, любезно отправленного в память моего терминала. В башенке имелись несколько комнат, стандартный кухонный блок – адаптация под привычные человеку формы, но огромные панорамные окна, (а то и вовсе их отсутствие), открывались на великолепный вид в духе «костей не соберёшь».

И надо не дёргаться, когда сидишь за чашечкой кофе с отцом твоего возлюбленного на узкой веранде, совсем рядом с краем, не огороженным ничем. Я теперь постоянно носила поясной антиграв, подаренный когда-то мне Сае. Не взлечу, так хотя бы не разобьюсь о скалы!

У разлуки – вкус боли и цвет надежды. Камень здесь покрывал мягкий оранжевый с алым и золотым мох, по которому так приятно было ступать босыми ногами. Мох свешивался с краёв вниз длинной яркой бородой, и по нему плёлся вьюнок, раскрывая крохотные золотые воронки цветов. Ветер нёс бронзовую пыльцу, и она вспыхивала на солнце алмазными искрами. Красиво…

— Сае вернулся, – продолжил рассказ Мео. – Вопреки всем ожиданиям. И потом возвращался ещё не раз. Для чима не важно место, в котором он родился. Родная земля, родной город, даже родное гнездо – не имеет значения. Дом чима – там, где его любят и ждут. Я догадывался об этом, когда против всех правил привязывал себя к младшему сыну. Теперь я знаю точно. Он вернётся, девочка! Обязательно вернётся домой, как возвращался всегда. И если ты поедешь со мной… Если мы будем ждать вместе… Однажды он придёт к нам, потому что нас будет трое. Три якоря в реальном мире для потерявшегося в нереальности. Я, ты. И – моя жена, мать Сае. И она не смогла переступить через любовь к ребёнку, несмотря на то, что так повелевал ей тысячелетний закон.

Я молчала. Отправиться в родной дом Сае и ждать его там… Но… Не слишком ли просто? Не слишком ли покорно? Так ведь можно и всю жизнь прождать. Прождать и – не дождаться никогда.

— А если ему нужна наша помощь? – тихо спросила я. – Ну, вдруг. Если без нас он не сможет вернуться… Мы будем сидеть и ждать до тех, пока Вселенная не сожмётся в точку снова, и не дождёмся. Нет, должен быть и ещё какой-то выход!

— Чима вне привычной логики, – тихо сказал Мео. – Чима – не просто проклятие, чима – паранорма. А там, где действуют законы паранормальной физики, логике обычного пространства и логике любого разума – места нет. Если веришь и ждёшь, чима возвращается всегда. Я поднял архивы, я изучал биографии всех чима, оставивших хоть какой-то след в нашей истории, я наблюдал современников – с их согласия, разумеется. Я могу говорить, я знаю о чима много, больше, чем многие из нас. Они всегда возвращаются туда, где из любят и ждут.

— А если Сае попал в беду? – нервно спросила я, озвучивая самый страшный свой ужас. – Если – некому ему помочь? Если – совсем никто. Кроме нас…

— Если верить и ждать, то Сае вернётся, – убеждённо выговорил старый апарие. – Преодолеет любую беду и вернётся! Вот только вера должна быть глубокой и полной. Она должна быть настоящей. Как истинная любовь.

В словах старого апарие мне послышался упрёк: ведь Сае говорил мне тогда, чтобы я ему верила. А я усомнилась. И страшная паранорма-проклятие, чима, бросила его неведомо куда.