Книга На краю звездопада, страница 14 – Наталья Чернышева

Сае исполнил моё шутливое пожелание с пугающей скрупулёзностью.

— Это оамарие, – объяснил он. – Я не смог подобрать точное слово ни на одном из человеческих языков, извините... Оамарие у нас носят дети Огня. Ваш огонь очень слаб, Дес. Но всё же это огонь. И я решил, что подарок придётся вам по нраву.

У его народа тоже есть пирокинетики, поняла я. Дети Огня, как он их поэтически назвал. Вот только вряд ли он мог купить эту вещь, у нас на Аркадии ничего подобного нет, иначе я бы слышала об этом, может быть, носила бы сама. Или носила бы мама, она любит украшения. Она – военная, на службе у них там никаких вольностей не допускается, но дома-то, в увольнении, на планете, где праздник жизни идёт круглый год, не останавливаясь ни на минуту. Аркадия – богатый и хорошо обустроенный мир, может себе позволить…

Изумрудное сияние так и тянуло прикоснуться. Мы совпадали с ним как лучи одного спектра, если можно так сказать. Какое-то тайное, странное, будоражащее родство, которому не было названия. Почему-то оно ещё и причиняло боль, природу которой я не смогла понять, хоть и пыталась. Такая… как тоска по несбыточному. Как расколовшаяся мечта о расколотой мечте. Как то, чем никогда не владела, но вот-вот потеряю.

— Вам не нравится? – обречённо-покорно спросил Сае, заглядывая мне в лицо. – Я справился?

— Что вы! – поспешила я его заверить. – Очень нравится… погодите, а что значит, «не справился»? Неужели вы сделали эту вещицу сами?

— Конечно, я сделал сам, – серьёзно сказал Сае. – Взял мастер-класс в общественной ювелирной, по правилам пользования инструментами… Моя семья, они настоящие, признанные мастера, и хотели, чтобы я повторил их путь. Я был прилежным учеником в детстве и юности, но потом меня увела за собой другая дорога. А навык остался… Хотя не работал уже много лет. И руки, кхм… В общем, отвыкли руки от тонкой работы совсем. Возьмите, Дес. Возьмёте?

Как я могла отказать ему? Сделал сам! Да он художник, как и я, только по камню. Может, на какой-нибудь выставке его работу сочли бы неумелой поделкой дилетанта, там, в том пространстве, где обитает его раса. Может, даже и наши профи забраковали бы. Но главное ведь не в идеальной форме! Главное – внутри. В самой сути, если можно так выразиться.

А суть была в том, что ради этого подарка Сае потратил целый день своей жизни в мастерской. Как отмахнуться от такого искреннего чувства?

Никак.

Вот и я не смогла.

Я осторожно взяла цепочку, надела через голову на шею. Приятное солнечное тепло впиталось в кожу и осталось со мной навсегда.

— Благодарю, – сказала я. – Но вряд ли я смогу отдариться… Слишком дорогая вещь, да ещё – своими руками…

— Не дороже вовремя поданной чашечки кофе, – улыбнулся Сае. – Может быть, вы заварите мне ещё кофе, Дес? Ваша планета чтит традицию кофеварения, но лучший кофе можно получить здесь только из ваших рук.

Льстец. Но… эта изумительная волшебная улыбка... Люди так не умеют. Во всяком случае, знакомые мне люди. Ты хочешь кофе, мой звёздный гость? Я заварю тебе кофе…

Подаренный кулон источал приятное тепло.

Потом мы пили кофе, и молчали. Нам оказалось хорошо молчать друг с другом обо всём на свете. Тишина вслушивалась в нас вкрадчивым шёпотом осеннего дождя, смотрела сквозь воду на дорожках оранжевыми отражениями фонарей, и, казалось, само время замкнулось вокруг нас непроницаемым коконом.