Онлайн книга «На краю звездопада»
|
И вот это-то не получалось. Полина пропадала в мастерской у дяди Эрна, ей там безумно нравилось, а сам Эрн её не гнал. Он вообще никого не гнал, мог ворчать, бурчать, мог обругать – Полине, к примеру, неоднократно говорил, что бестолочь – это её второе имя, – но любой обратившийся к нему с вопросами, обязательно получал и ответы и помощь. Любители мастерить что-нибудь техническое своими руками у него в гараже не переводились. Полина сделала макет своего проекта, в масштабе тысяча к одному. Теперь эта круглая штуковина размером с пляжный мяч – автономное космическое поселение – моталось по дому, обучаясь реагировать на углы и прочие препятствия. Периодически оно шлёпалось на пол и верещало дурным голосом про подзарядку или критическую ошибку, а Полинина саламандра Искра шипела на него, как кошка, и остро жалела, что не может поджечь – низкий индекс Гаманина не позволяет генерировать открытое пламя. — Не получается? – спросила я, наблюдая, как Полина несёт свалившуюся в очередной раз из-под потолка станцию к гнезду подзарядки. — Ага, – буркнула она невесело. – Знаешь, Рамсув, наверное, прав. Это не моё… — Сдаёшься, – не удержалась я от подначки. Она угрюмо промолчала. — Слушай, а может, его расписать? – предложила я. – Такая опция в подарок, наружный уличный дизайн. — Да кому в космосе понадобится расписывать жилые модули, – фыркнула Полина. – Да ещё снаружи, где разве только с личной яхты на красоту любоваться… — А что мешает попробовать? Туристические хайлайнеры практически все предоставляют стрим окружающего пространства со своих наружных систем слежения. На личных яхтах обзор тем более есть. И вот представь. Летишь ты из космоса – а всё вокруг, все постройки, унылая металлическая серость. Ну там неприличное слово какой-нибудь дурак напишет, и его потом заставляют это оттирать. А пока он соскрёбывает свои художества, ты любуешься – хоть какое-то отличие. — Да ну тебя, Дес, – прыснула Полина. – Хочешь сказать, ты сама это видела? — Ага, – подтвердила я. – Когда к Старотерранской Орбитальной подлетали. Ещё информация прошла по экрану: это Олег, он нарисовал нехороший рисунок в неположенном для нехороших рисунков месте, попал на такой-то и такой-то штраф, исправительные работы на сорок суток и полное уничтожение результата своей незаконной деятельности за свой счёт. Не будьте, как Олег… — Ты предлагаешь нам стать Олегами, – смеялась Полина. – Чтоб потом отскребать всё это… — Зачем отскребать то, что входит в проект? – удивилась я. – Давай попробуем, что ты теряешь? — Давай кофе сначала выпьем… — Давай. Я заварила кофе, и мы с Полиной азартно стали примерять на голографический макет её станции голографическую же красоту. А потом я взялась за краски и превратила грустный серый пляжный мячик макета в сияющую звезду. Вот так это и бывает, отрешённо думала я во время работы. Непринуждённое общение, даже споры. Без всякого риска сорваться, без вечной тревоги за то, что кого-то ударит рикошетом вырвавшаяся из-под контроля мощь… Хотела бы я вернуться на Аркадию, в прежнее своё безмятежное состояние, чтобы снова всё стало, как было? Нет. Но я жалела. Я остро жалела о времени, проведённом вместе с Сае. Его оказалось до обидного мало! Каждое воспоминание я холила и лелеяла, доставая из закромов памяти практически каждый день. |