Книга Гармония контрастов, страница 184 – Анастасия Докукина

— А, что про меня? Я выросла в огромном городе. Даже не знаю, с чем его тут сравнить. Дома в нём стремились в небеса, а люди ютились в небольших квартирках. У меня была обычная семья. Мама, папа и три брата. Родители и старшие братья считали нас с младшим странными. Меня за любовь к рисованию и за то, что сделала его своей профессией, а Димку, потому что он обожал историю нашего мира и участвовал в костюмированных играх о прошлом Земли. Родители были бухгалтерами, всё что-то считали. Им наш выбор казался глупым. Старшие братья, ну даже не знаю... Один очень много пил. Как-то так вышло, что Паша много работал, а усталость снимал алкоголем. Мы редко общались. А Слава, Слава сварщик-вахтовик. Он мог на долгое время уезжать куда-то далеко-далеко на Север, зарабатывал там много денег, потом возвращался в Москву, забирал свою жену и сына и вёз куда-нибудь в тепло. И так до бесконечности. У нас была не очень дружная семья. Только я и Димка оставались неразлучны. Мы даже от родителей съехали и жили вместе. Уверена, Димке бы этот мир понравился. Я по нему очень скучаю.

— Хотел бы я познакомиться с твоим братом. Думаю, ему было весело жить рядом с такой яркой сестрой.

— Я такой не была. Дома я старалась не выделяться. Я почти всё время проводила в квартире за рисованием. Мне хотелось быть такой, какая я сейчас, но смелости не хватало. Было страшно, что скажут люди. Всё беспокоилась, что что-нибудь не то скажу, что меня осудят. Только на Энелоте я поняла, насколько глупой была. Мне было всего двадцать шесть, когда я умерла. Если так подумать, то и вспомнить о жизни особо нечего, – призналась я.

— Най, а как ты умерла? – лицо Адриана было спокойным.

— Не помню. Я шла с работы, а очнулась в лаборатории Арантиэля. Понятия не имею, что там произошло. Сколько не пыталась вспомнить, не выходит.

— Значит не стоит и пытаться. Раз память это скрыла, значит так нужно. Поверь, я бы о многом в жизни хотел забыть, да не выходит, – признался демон.

Он как-то незаметно распустил мою косу и игрался с прядями волос, перебирая их и переплетая.

— А мне всегда наоборот казалось, что забывать ничего нельзя. Что любые события в жизни, какими бы болезненными или печальными они ни были – это опыт, отбрасывать который нельзя. Опыт закаляет, учит, заставляет понимать и принимать больше.

— Иногда даже больше, чем хотелось бы, – хмыкнул мужчина.

— Не без этого, – согласилась я.

Даже не представляю, как тяжело ему приходилось в молодости. Не знаю, как он выжил на этой Астрании, да ещё и вырос таким понимающим и принимающим.

— А у тебя был возлюбленный?

Хорошая проверочка на вшивость... Я ведь сейчас могу, что угодно соврать, он всё равно не сможет проверить... А нужно ли? В наших отношениях с Адрианом как-то так выходит, что мы принимаем тараканов друг друга.

— У меня был мужчина, но я его не любила. Где-то после двадцати двух все мои подружки уже были при парнях, а мне даже не нравился никто. Мне постоянно со всех сторон капали на мозги, что быть одной плохо и неправильно. И я поддалась. Когда мне начал оказывать знаки внимания один из студентов, я его не отвергла. Мы повстречались, потом разошлись. Через какое-то время появился другой, Димкин однокурсник. Спокойный, надёжный, но пресный. Мне было с ним скучно, но разбежаться всё как-то повода не подворачивалось. Сейчас понимаю, что такие отношения ничего не стоят, а тогда было страшно остаться одной. А ты? Ты любил когда-нибудь?