Книга Импринт, страница 48 – Вероника Десмонд

— Ч-что…

— Не двигайся, – я совсем не готова к тому, как его палец начинает совершать поступательные движения, но позвоночник простреливает от удовольствия. Мои бедра сжимаются, а соски напрягаются. – Тебе страшно?

Я киваю, сильнее вцепляясь в его толстовку. Страшно – слишком простое слово для описания моего состояния. Я дышу, как загнанная, падая лицом на его сильное плечо.

Оттолкни его. Давай, Кэт.

Но я не могу… Это так приятно. Я впадаю в транс, из которого невозможно выбраться самостоятельно.

Другим пальцем он принимается массировать мой клитор, и я судорожно вздыхаю, становясь все более влажной.

— Такой правильный и милый котенок капает на мою руку. Мои пальцы насквозь мокрые. Пообещай, что будешь также гостеприимно принимать мой член. Он гораздо больше, но он влезет в тебя, не так ли?

Из моего горла вырывается всхлип.

Его грубые манеры действуют на меня разрушающе. Дрожь проходит по всему моему телу. Я вся напрягаюсь, чувствуя скорую разрядку. Это совсем не похоже на те редкие моменты, когда я сама доводила себя до пика.

Совсем непохоже.

Это так порочно. Так мощно. И так страстно, что мое сердце может остановиться в любую секунду.

— Умоляй меня.

— Я не могу… я…

— Не ври, Катерина. Ты можешь все. Умоляй меня позволить тебе кончить.

Его пальцы останавливаются, и я готова зарыдать от острой нехватки его прикосновений.

— Пожалуйста… позволь мне кончить.

Он жестко нажимает на клитор, и все мое тело бьется в конвульсиях от пережитого сумасшедшего удовольствия. Я судорожно обнимаю его шею, мое сердце колотится, а его дыхание остается прежним: спокойным, умиротворенным, холодным. Но самое главное, его хватка на моей талии крепнет, словно он отказывается отпускать меня.

— Тебе сильно не повезло, котенок. Теперь ты принадлежишь мне.

Примечание:

Защитные механизмы – психоаналитическое понятие, обозначающее совокупность бессознательных приемов, с помощью которых человек как личность оберегает себя от психологических травм.

Кингстон, Шотландия.

Семь лет назад.

Охотник.

Катерина спокойно спит у себя в постели, измученная и удовлетворенная. Светлые волосы разметались по подушке, руки обнимают одеяло. Мои отметины красуются на ее кремовой коже. Я сижу за рабочим столом, наблюдая и останавливая себя от того, чтобы сделать выпад в ее сторону и разбудить девушку своими пальцами между ее длинных красивых ног.

Я хочу поглотить ее.

Испачкать ее.

Мой член все еще твердый и упирается в джинсы, недовольный тем, что я не ворвался в ее тугое тепло, размазывая девственную кровь по ее бедрам.

«Я примитивна. Мир ничего не потеряет, если меня не станет».

Я снова слышу дрожь в ее мягком голосе и вижу, как дрожат ее вишневые губы, когда она произносит это. Такие люди, как Катерина, держат своих демонов глубоко и не показывают их, боясь осуждения. Сколько бы я не наблюдал за ней, она всегда ходит, повесив нос или уткнувшись в книгу, думая, что ее никто не видит. Она хочет быть незаметной. Призраком. И в то же время Кэт жутко претит ее фантомность, учитывая ее гордый и смелый характер.

Я собираюсь вышибить из нее это психологическое дерьмо. Уничтожить один барьер за другим. Она будет задыхаться только в моей постели и от того, как сильно я буду ее трахать.