Книга Импринт, страница 146 – Вероника Десмонд

Эмма и Элеонор часто приезжали ко мне, чтобы выпить кофе и поговорить, но время текло так медленно, что я… задыхалась.

Мне безумно хотелось увидеть Кастила. Но он находился то в чертовом Лондоне, то в Эдинбурге, то в Нью-Йорке, по рассказам Чона, устраняя проблемы, связанные с обвалом «ICE Group».

В какой-то момент я решаю, что больше не хочу плакать. Каждый раз, когда я вспоминаю о нем, мое сердце сжимается, а глаза наполняются слезами, пока я не думаю, что их у меня больше не осталось.

— Миссис Сноу, вам заварить еще один кофе?

Я отрываю голову от своего ноутбука и перевожу растерянный взгляд на мистера Берка.

— Нет, спасибо. Я еще не допила этот.

— Как вы себя чувствуете?

Я поджимаю губы, следя за тем, как дворецкий ненавязчиво осматривает мое лицо.

— Может быть, Кастил сам спросит меня об этом? А не будет узнавать через вас?

— Мистер Сноу должен приехать с минуты на минуты.

Мое сердце падает в пятки:

— Повторите, пожалуйста. Что вы только что сказали?

— Мистер Сноу скоро будет здесь, чтобы вы подписали документы о разводе.

Я приоткрываю губы, чтобы ответить, но из них вырывается лишь один беспомощный болезненный звук.

— Вы еще не ели. Позвольте я приготовлю вам завтрак…

— Нет, – отвечаю я чересчур резко и тут же исправляюсь. – Нет, спасибо. Просто оставьте меня одну, пожалуйста.

— Но мисс Рид… то есть, миссис Сно…

Его оговорка окончательно выводит меня из себя. Я захлопываю ноутбук, слезаю со стула и случайно задеваю стакан с водой. Осколки разбитого стекла окрашивают пол, а капли воды медленно начинают стекать со стола, и я понимаю, что некоторые из них – мои слезы.

Временами я думаю, что хорошо, что его здесь нет. Он не видит, насколько жалкой и разбитой я стала. А с другой стороны, я злюсь, что он бросил меня, даже не объяснившись. Разве я не заслуживаю одного дурацкого разговора?

Я наклоняюсь и отбрасываю руку дворецкого, чтобы самой убрать осколки.

— Вы поранитесь.

— Уходите.

— Но миссис Сноу…

— Прошу, оставьте меня одну. Черт! – маленький осколок режет кожу левой руки. Я уже не носила бинты, но, кажется, сегодня их придется наложить снова.

— Что ты делаешь, Катерина? Поднимись на ноги. Живо.

Мой позвоночник дергается от очень знакомого грубого голоса, и я осторожно оборачиваюсь, чтобы быть раздавленной появлением Кастила.

Сначала я думаю, что это лишь плод моего воображения, но он действительно направляется ко мне. Замерев, я рассматриваю его густые отросшие волосы, белую рубашку, закатанную до локтей, и глаза – такие темные и злые, что у меня перехватывает дыхание. Чем больше я смотрю на него, тем больше мне хочется плакать. И это бесит меня еще сильнее.

Я скрещиваю руки на груди:

— Вау. Спасибо, что навестил меня впервые с того самого дня, как меня чуть не убили.

Кастил останавливается всего в одном шаге. Я изучаю его резкую линию челюсти и напрягшиеся мышцы рук, украшенные росчерками тату. Я никогда не видела человека, который был бы хоть толику так же красив.

И все же в этот момент он кажется мне совсем другим человеком. Я даже почти вижу сожаление в его глазах. Или, возможно, я просто спятила.

— Катерина…

Его голос звучит отрывисто, и мои внутренности рушатся и разбиваются о землю.

Мне нужно время, чтобы собрать мысли воедино, но его нет, поэтому я вытягиваю руку, умоляя его не приближаться. Но когда Кастила заботили мои желания?