Онлайн книга «SOULMATE AU»
|
— Не понимаю… Все же хорошо… — Нет, нет, Мэй! Вспомни… Ты – воительница. Ты бок о бок со мной сражаешься на войне. Разве не видела, как ранили тебя? Как ты едва не умерла у меня на руках? Как кричала от боли, а я ничего не мог сделать?! Да, Мэй это и видела сегодня, но… Отчего, зачем он все так переворачивает? — А позже… Свадьба, дети, счастливая жизнь? – Он криво, болезненно ухмыляется. – Помнишь, как ты просыпалась от кошмаров, что преследовали тебя до конца дней? Как ночами порой рыдала в подушку, вспоминая всех, кто не выбрался оттуда живым? А помнишь ли ты, как, будучи такой же Принцессой, едва не лишила себя жизни, откупорив яд? Когда чуть не оставила самовольно этот мир, думая, что больше мы не встретимся? И все это… Мэй, не будь мы так крепко связаны, сколько жизней без боли ты могла бы прожить?! Так вот оно что! Наконец-то все встает на свои места. Обнажая пред ней душу, стоя на коленях, так близко подпуская к себе, вихрь чувств он в Мэй поднял. Но в центре того вихря крутилось светящееся «Люблю!». Принцесса легко, нежно улыбается и, теперь уже зная, что он не оттолкнет более, не воспротивится, с трепещущим от волнения сердцем вдруг, в одно движение, обхватывает лицо его ладонями, наклоняется и лбом ко лбу прижимается. Сбивчивый шепот, слова которого рождаются в ее сердце, обжигает его губы. — Юн… Ты говоришь о том, чтобы прожить без боли, а я слышу – без любви. Я люблю вас. Тебя люблю, понимаешь? Отчего ты не видишь, как счастливы мы там вместе? Как счастье перевешивает все то, о чем ты говоришь. Отчего ты теперь борешься со мной, с собой, а не за нас? — Я не могу больше видеть… – Юн изо всех сил сжимает обивку сиденья, впивается в несчастный бархат. В ее губы боль свою, вину свою, что жжет его адовым огнем, выдыхает. – Не смогу еще раз, Мэй… Ее аромат, что пронес он в памяти души сквозь века, все так же напоминает о весенних цветах, но с нежностью ее не сравнятся ни розы императорского сада, ни магнолии у берегов Золотого канала. — Да что же это с вами?! – Чувствует Мэй, как его словно затягивает в такое болото, из которого уже и не выбраться. – Посмотри на меня, пожалуйста! Юн! И в том порыве, что накрывает ее с головой, зернами паники прорастает в душе, Мэй легко прижимается к его горячим, пылающим, как в лихорадке, губам своими. И взрыв золотых искр во тьме закрытых глаз ослепляет! Мэй! Принцесса его! Во всех веках лишь его! И губы его под ее губами загораются совсем другим пламенем. Живительным, как огонь Дракона, красные языки которого неумолимо расползаются дальше и дальше, вниз по всему телу, сгущая кровь в венах подобно лаве. Огонь тот заставляет Чена представлять и вспоминать, чувствовать и ощущать, и неистово хотеть большего и настоящего! То поцелуй самой жизни, должно быть. Но вопреки бушующей внутри огненной буре генерал замирает. Лишь короткие вдохи-выдохи выдают его с головой. — Nǚshì, – выдохом в губы ее, – wǒde [13]. А огонь, что следует за ее дрожащими пальцами, ласкающими уже черты его лица – подушечки скользят от висков к скулам, по линии челюсти вниз, к уголкам его губ, – пробирается под кожу и вот уж греет в груди в эту холодную ночь заледеневшее от страха сердце. — Не надо. – Она легко целует уголок губ. – Не называй меня так. – И другой уголок. |