Книга Грехи любви: в паутине соблазна, страница 62 – Кэтрин Болфинч

Я подхватил Эмили за талию, перевернул на спину, расстегнул пуговицу и молнию на джинсах и принялся стягивать с нее одежду. Эмили приподняла бедра, позволяя раздеть ее. И вот тогда я замер, рассматривая то, о чем даже не догадывался.

В который раз она меня удивила.

Кто бы мог подумать, что у ангела, которым казалась Эмили, может быть татуировка?

Маленькая змейка ползла вдоль тазобедренной косточки.

Точно змей-искуситель.

Я наклонился, рассматривая рисунок, и, не сдержавшись, обвел его языком.

Эмили охнула, сжав простыни, и выгнулась навстречу моим касаниям. Я понятия не имел, как парни, с которыми она встречалась до меня, оставались в здравом уме, потому что мой рассудок уже точно тронулся.

Эмили поерзала, закусив губу. Моя ладонь легла на внутреннюю сторону ее бедра у колена и скользнула выше, к блестящим от влаги половым губам.

Черт, если я умер, то точно попал в рай.

Я накрыл клитор большим пальцем, вырисовывая круги. Эмили прикрыла глаза и прогнулась в пояснице, подставляясь под мои неспешные, дразнящие касания. Она отзывалась на каждое, словно всегда была готова. И мне бы хотелось, чтобы только для меня.

В брюках стало слишком тесно, член буквально ныл от желания оказаться в ней. И я не находил больше причин сдерживаться.

Я перестал ласкать Эмили. Она раскрыла глаза, уставившись на меня с немым вопросом во взгляде, вызывая этим усмешку на губах.

Я наклонился к девушке, едва не придавив к матрасу, оставил поцелуй на сгибе ее плеча и шеи.

— В этот раз я буду с тобой нежным, — прошептал я, опалив ее ухо горячим дыханием, из-за которого появились мурашки. Эмили повернула голову, касаясь своими губами моих.

— А будет следующий? — никто из нас не знал, и Эмили лишила меня возможности даже задуматься об этом — ее пальцы запутались в моих волосах, она притянула меня к себе и поцеловала, заставляя забыть обо всем, кроме этого момента.

Я отстранился, чтобы стянуть с себя брюки, и снова вернулся к ней, будто эти несколько секунд были сравнимы с разлукой в несколько месяцев или даже лет. Эмили развела ноги в стороны, готовая и открытая.

И какого хрена мы так долго друг от друга бегали и пытались отрицать притяжение?

Что, если оно пройдет после секса?

Может, так будет лучше.

Похрен.

Я толкнулся вперед, Эмили откинула голову, открывая шею, в которую тут же впились мои зубы. Я и сам себя не узнавал рядом с ней.

Что, черт возьми, она со мной творила?

Она буквально плавилась в моих руках, а мне нравилось смотреть на то, как из нее вырывались стоны, как закатывались глаза. Нравилось ощущать, как пальцы впиваются в мои плечи, а затем сжимают волосы у корней. Эмили прикусывала губы, сдерживая крики, а я двигался в ней и наслаждался каждой секундой.

Я перехватил ее руку, ногти которой с силой вцепились в мое плечо, оставил на запястье нежный поцелуй и, переплетя наши пальцы, прижал к матрасу.

Мы терялись в беспорядочных движениях, в каком-то бешенном и совершенно неправильном ритме, который почему-то приносил море удовольствия. Смазанные поцелуи, влажные от пота тела, шумные вздохи и стоны удовольствия. Секс буквально пропитал каждый сантиметр пространства этой комнаты.

Эмили скрестила ноги за моей спиной, выгнула спину и, ткнувшись носом в мою шею, сдавленно застонала. Ее ладонь крепче сжала мою. Тело пробила легкая дрожь.