Книга Трофей врага. Моя по праву, страница 41 – Яра Сакурская

Но нет. Я долго анализировала этот момент. Муторно копалась в своей памяти в поисках необходимых сведений. И с точностью могу сказать, что его внимание абсолютно отличается и не имеет аналогов.

А самое главное, Магуш ко мне не пристаёт. Только обнимает, целует, и гладит по спине перед сном. Не позволяет себе лишнего, предоставляет выбор самостоятельно решать о готовности к близости.

А я отдёргиваю себя. Боюсь, что быстро надоем мужчине. Ведь в постели, по факту, я бесчувственное бревно. Несмотря на все впечатляющие умения, каких-то особых эмоций я не показываю.

Да, стоны, это само собой. Их сдержать не получается. Но на этом моя эмоциональность заканчивается. И мне не хочется, чтобы мужчина думал, будто я ничего не испытываю. Но и показать свои чувства мне пока не хватает решительности.

Ну и ситуация...

— Вижу, пьёте чай, — практически тут же продолжает Магуш, оглядывая пространство внимательным взглядом. — Даже странно. Что за показательное выступление? Или вы думаете, я не понял, что вы не приняли Лизу с самого начала? Ещё и вчера подозрительно шептались. Не замечал за вами подобной скрытности.

Девушки начинают боязливо и неуверенно переглядываться между собой. С виду дружелюбная атмосфера, тут же превращается в какую-то тяжёлую и сложную, что-ли.

— Магуш! — молодой человек ошивается в дверях гарема и не решается зайти внутрь. Правилами это запрещено.

Из мужчин, в гарем может зайти только Магуш. И по необходимости Азат, для оказания врачебной помощи. Даже повара оставляют для каждой наложницы сервированную тележку с блюдами возле порога.

Парень продолжает что-то лепетать на арабском. Вынуждает его отвлечься и оставить нас на несколько минут. Глядя на его уверенную походку, я начинаю усиленно думать, что же на самом деле стоит за этой напускной дружелюбностью.

Избавиться от меня хотят, очевидно же. Возможно, в чае есть что-то интересное. Но я стараюсь не брать еду и напитки у незнакомых людей, особенно тех, кто относится ко мне с явной враждебностью.

Знаем, проходили. Больше на подобное не поведусь.

А наложницы, явно затеявшие какую-то пакость, продолжают настороженно переглядываться. И по их взглядам я понимаю, что их сговор вот-вот накроется медным тазом и приведет к плачевным последствиям.

Магуш возвращается через минуту. По его громким шагам, я смутно начинаю осознавать, что в он в тихом бешенстве. Спиной ощущаю мужское негодование.

Мужчина тут же вынуждает меня встать, оттесняет за свою спину. Я послушно выполняю его указание, а сама нахожусь в полном недоумении от происходящего.

Он швыряет на стол папку и из неё тут же вылетают несколько фотографий. Кажется, на них запечатлена Алиса с каким-то мужчиной.

Два дня назад...

— Блять, Рахат! — я замираю на пороге комнаты и недовольно морщусь. — Я же назначил тебе встречу на определенное время. Мог бы отпустить своих шлюх до моего прихода.

Девицы кокетливо повизгивают. Томно вздыхают и принимаются спешно одеваться. Хотя, одеждой сложно назвать ничего не скрывающие прозрачные стринги и лёгкие шёлковые накидки.

— Не следил за временем, — Рахат довольно поправляет сбившиеся каштановые волосы. — Не серчай, друг. Сложно оторваться от таких красавиц. Рыбоньки мои, мы продолжим чуть позже. Можете пока быть свободны.