Книга (не) убежать от него, страница 56 – Агата Ковальская, Ника Стефан

Баркас резал волны, унося нас прочь от кошмара, в сердце бушующей воды. И я понимала — бегство не закончилось. Оно просто сменило форму. Теперь мы бежали не по улицам, а по самой границе между жизнью и холодной, бездонной пустотой.

Баркас с глухим стуком борт о борт причалил к покосившимся, скрипучим сваям заброшенной пристани. Место выглядело забытым Богом и людьми: облупившаяся краска, ржавые кнехты, темный силуэт какого-то сарая вдали. Ветер выл в расщелинах досок, но после открытой воды здесь, в узкой протоке между островами, казалось почти тихо.

— Пока тут, — коротко бросил Демид, помогая мне сойти на шаткие доски. Его рука крепко сжала мою, не давая оступиться. — Дядя Коля знает это место. Никого тут нет.

Мы вошли в низкое, пахнущее рыбой, старым деревом и уютом печного дыма помещение. Видимо, когда-то это был домик смотрителя или рыбацкая избушка. Дядя Коля, не тратя слов, сразу занялся буржуйкой, и скоро по потрескивающим дровам поползло живительное тепло.

Усталость накатила на меня волной, заставляя веки слипаться, но сон был невозможен. Где-то там, на материке, рыскал Волк. А здесь, в этой запертой тишине, мы были как в аквариуме — в безопасности, но и в западне.

Демид, сбросив мокрую куртку, достал из непромокаемого мешка ноутбук. Он поставил его на грубый стол, где Дядя Коля уже расставил кружки с дымящимся чаем.

— Есть связь, — сказал Демид, не глядя ни на кого, подключая к компьютеру маленький, неприметный модем. Экран ожил, отбрасывая синеватый свет на его сосредоточенное лицо. Он повернул ноутбук к Глебу, который сразу оживился, потирая руки. — Пора работать, племяш. Всё, что сможешь найти по этому банку. Всё. Схемы, владельцев, историю, связи. Особенно — кто из сотрудников имеет доступ к приватным ячейкам старого образца. Любую зацепку.

Глеб кивнул, его пальцы уже порхали над клавиатурой, а глаза, отражая свет экрана, потеряли подростковую рассеянность и стали острыми, как скальпель. Он что-то бормотал себе под нос, открывая какие-то окна, вводя строки кода.

Я села на лавку у печки, сжимая в ладонях горячую кружку. Демид подошел, прислонился к косяку рядом, скрестив руки на груди. Он смотрел не на Глеба, а в темное окно, за которым шумел ветер.

— Завтра Марта пойдет в банк, — тихо проговорил он, будто думая вслух. — С ключом и легендой. Если доступ есть, и если… — он не договорил.

— Если что? — спросила я, тоже почти шепотом.

— Если нас не опередили. И если в ячейке не лежит просто записка “ищите в другом месте”. — Он вздохнул, и в этом вздохе было столько усталой горечи, что мне захотелось встать и обнять его. Но я не двинулась с места. — Я верю в удачу, но проклятый Аркашка умел её испытывать.

— Может, я… могу чем-то помочь? — робко спросила я, глядя на Глеба.

— Можешь, — Демид обернулся ко мне. В его взгляде не было насмешки, только деловитость. — Свари ему еще чаю. И принеси вон ту папку с бумагами, что у меня в рюкзаке. Там распечатки по старым счетам. Может, Глеб сможет их с чем-то сопоставить.

Я кивнула, чувствуя странное облегчение от того, что мне дали задание. Пусть маленькое. Пусть не героическое. Но это был вклад. Действие, а не ожидание.

Пока я возилась у печки, Глеб вдруг ахнул.

— Дем! Смотри!

Демид двумя шагами был рядом. Я замерла с заварочным чайником в руке.