Книга Служанка, страница 31 – Злата Тур

Интересно, куда подевалась та раскованная соблазнительница, которая не так давно задирала свою собаку мордой вверх — вниз передо мной? Та, которая в офисе показала зубки? Или это часть игры? Создать ситуацию подходящую, спровоцировать на действия, чтоб мужик, потеряв голову, накинулся. А потом, пожираемый чувством вины, бросил к ее ногам все, что у него есть.

Она ведь не хотела, это он, «аццкий подлец» такой, воспользовался ее слабостью и …черт!!! Вот откуда папенькин бред про ее неискушенность! Теперь все стало на свои места. Поймав момент слабости, она «позволила» ему собой овладеть, потом последовало горькое раскаяние, обжигающий стыд, слезы и цепная реакция отца — стыд, раскаяние, чувство вины и желание ее загладить. Оп, подсекаем, и рыбка на крючке! Попался, Матвей Тимофеевич!

Только я, в отличие от него, своего коня попридержал, так что никакого чувства вины нет. Потому Никотинка и боится глаза поднять, гадая: «Что это значит?»

А это детка, значит, что играть будем по моим правилам. Я тебя отучу в чужие койки запрыгивать. Только подумал, и чуть не засмеялся — надо же, Макаренко — Сухомлинский в одном флаконе — уже вовсю вошел в роль преподавателя.

Машинально я еще что-то объяснял Никотинке, а мысли мои уже были в другом уроке. Ужасно хотелось воплотить свои мечты в реальность. Хотелось просто быть с Анютой в одном, желательно отгороженном от мира пространстве. Видеть забавных чертиков в глазах, которых она иногда выпускает на волю. Брать ее за руку. И даже испытывать на прочность ее целомудренные убеждения. Так забавно было наблюдать, как она чуть не взорвалась от моего, по сути невинного предложения. Хотелось еще засмущать ее, увидеть, как она краснеет и растерянно оглядывается (даже может в поисках чего-то тяжелого, чтоб меня треснуть).

Однако жизнь штука интересная, и любая из «хочушек» легко может исполниться, только совсем не в том виде, как ожидаешь. А если положить руку на сердце, то совсем бы лучше никак, чем так. И сегодня я в этом убедился.

Анюта воплотила мое почти хулиганское желание, однако под угрозой неисполнения оказались все другие, намного более существенные.

Глава 12

К вечеру приехал тот самый Распопов, который, по всей видимости, целенаправленно и подложил родителю свинью, то есть Никотинку.

— Сын, попроси Анну, пусть приготовит нам кофе, и зайди в малую гостиную. Хочу тебя познакомить с деталями будущего проекта, — озвучил мне список задач Матвей Тимофеевич.

Маленькая гостиная отличалась тем, что изначально была предназначена для доверительного общения. Небольшой столик в центре, вокруг неглубокие уютные кресла. Можно и коньячком побаловаться, и кофе, и сигары выкурить.

Анюту я нашел на кухне, она разбирала посудомойку, придирчиво осматривала тарелки и расставляла их на полки. Едва не забыв, зачем пришел, я снова залюбовался ее фигуркой. И снова она меня удивила — словно почувствовав мое присутствие, оглянулась. Но испуга в глазах уже не было.

Передав просьбу отца, я поднялся наверх, стараясь не расплескать то теплое состояние, которое неизменно возникало, когда я видел эту невозможно притягательную домашнюю фею.

Хотя одного взгляда на будущего партнера хватило, чтоб волшебство растворилось. Моя интуиция просто побагровела от натуги, сигналя, что это плохой человек, редиска, и как оказалось, она опять была права.