Книга Я дарю тебе свою семью, сестра, страница 5 – Катя Озерова

Глава 03. Семейный завтрак

Тело дрожало, мысли прыгали. Я погружалась в ложь сестры все глубже и глубже и ничего не могла с этим сделать.

Я почти побежала на кухню — огромное стерильное пространство с техникой, в которой я с трудом разбираюсь. Кофемашина. И что тут нажимать? Руки тряслись, пока я открывала шкафы в поисках зерен, которые, как назло, закончились. Пыталась понять, как эта хромированная громадина работает. Через десять минут мучительных попыток мне удалось победить машинку, и я сделала два эспрессо, себе и Вадиму. Свой выпила сразу, чтобы заставить мозг заработать.

Я могу убежать, вот прямо сейчас, пока Державин в душе. Куплю билет на поезд, если мне его продадут без паспорта. А продадут ли мне его без паспорта, я не знаю. Шумно выдыхаю и отправляюсь к холодильнику. Как вариант могу купить билет на автобус. Ехать в два раза дольше, но ничего.

Если я сбегу, Наташа окажется под ударом. Еще недавно я думала рассказать о ее афере мужу, но потом я столкнулась с ним лично. И мне страшно за эту эгоистичную идиотку. Державин же ее в порошок сотрет!

Пока в голове круговерть мыслей, рассматриваю, что есть в холодильнике. Внутри царит порядок, достойный музея: свежие ягоды, сыр, йогурты, соки. На полке яйца в коробке, мясо в вакууме, слабосоленая рыба. Ничего готового.

Можно сделать омлет — это стандартный завтрак.

А если Вадим ест кашу, например овсяную, прости господи?..

Ну нет, он огромный, видно, что занимается спортом. Он не может сидеть на каше по утрам. Зато ее стоит приготовить для Амелии, которая должна проснуться очень скоро.

Маленькая девочка не виновата, что ее мама эгоистка. Каково ей будет без Наташи? Почему-то я уверена, что Вадим не оставит сестре дочь. Что это за мать такая, которая сбегает от родной дочери и оставляет ее с незнакомым ей человеком. Малышка ведь даже не видела меня ни разу. А вдруг она поймет? Что тогда? Это же настоящая травма для детской психики.

Будь я на месте Вадима, а бы жену придушила — мысль мельком проносится в моей голове, и я пугаюсь. Точно же может придушить.

Судорожно распахиваю шкафчик с посудой и вытаскиваю сковороду, бросаю на нее бекон и жду, пока он зарумянится. Разбиваю шесть яиц, потом добавляю еще два. Нарезаю лосось тонкими ломтиками, делаю салат с рукколой и авокадо. Для Амелии — рисовую кашу на молоке. Ее я посыплю свежими ягодами прямо перед подачей.

Завтрак приготовлен, а я так и не решила, что мне делать. Сбежать — самый легкий выход, но меня мучают мысли о последствиях такого поступка. Нужно поговорить с Вадимом, попробовать как-то его смягчить.

— Добае утво, — тонкий детский голосок привлекает мое внимание. Взгляд падает на порог кухни, где нерешительно топчется маленькая девочка с растрепанными волосиками. Я не видела раньше даже ее фото, и вот теперь хочется разрыдаться. Амелия так похожа на нашу с Наташей маму. От папы у нее лишь голубые глаза и темные волосы.

— Доброе, — улыбаюсь ей и медленно подхожу ближе, — как спалось?

— Ховошо, — она растерянно сжимает в руках плюшевого мишку.

— Хочешь на ручки? — осторожно протягиваю к ней руки. Амелия замирает, словно маленькое изваяние. Растерянно хлопает глазками.

Я тоже замираю, не в силах понять, что я делаю не так. Это же нормально — обнять ребенка с утра. Еще нормальнее было бы пойти и разбудить дочку утром.