Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 18 – Лия Джей

— Да не свидание это!

— Это ты так думаешь, — Вика меняет консилер на тушь и подкрашивает мне ресницы. — В гороскопе сказано, все сложнее, чем кажется. Наверняка, он в тебя втюрился, а ты просто пока этого не замечаешь.

— Нет у нас с ним ничего, Королева, и ничего не будет!

— Почему?

Я задумываюсь. Действительно, почему? Он ведь симпатичный, обеспеченный. Почему он меня не устраивает?

Потому что он знает мою тайну!

Но ведь и Антон знал…

Стархов со мной познакомился как с Текилой. Для Паши же изначально я была Марго — правильной умной девочкой с двумя косичками. Отношения с Антоном начались в клубе, там же они и закончились. А Воронцов… Он знает мою слабую сторону. Он может атаковать с фронта и с тыла одновременно. Это небезопасно. Нужно срочно отодвигать границы, пока враг не зашел слишком далеко. Не хочу потом, как Болконский, лежать окровавленной под небом Аустерлиц и вздыхать о том, какой могла бы быть моя жизнь, не рискуй я понапрасну.

— Оно того не стоит.

— Не разбрасывалась бы ты парнями, заюш! — Вика цокает языком. — На Дайвинчике таких днем с огнем не сыщешь. Про Мамбу и Пур я вообще молчу. Или как там его? Пуре?

— Pure.

— Да, тот самый. Это целая энциклопедия фетишей, ей богу! Вот ты знала, что кому-то может нравиться заниматься сексом, смотря расчлененку?

Пару девчонок из очереди в туалет оглядываются на нас.

— Что? Не мне же!

Королева бросает на них свой любимый взгляд под названием «Боже, какие вы тупые!», затем возвращается к моему макияжу. Вика все-таки подкрашивает мне губы той розовой помадой и торжественно объявляет:

— Все, готово!

— Спасибо, королева всех визажистов!

Смотрю в покрытое разводами зеркало. Даже с легким макияжем я выгляжу сногсшибательно. Широко распахнутые оливковые глаза, острый подбородок, верхняя губа чуть отстает от нижней — последствие моей детской безрассудности.

Однажды я решила прокатиться на скейте по поручням у входа в подъезд. Прошу без осуждений! Мне было 12, и мне очень хотелось утереть нос одной девчонке, которая вечно называла меня заучкой и говорила, что я только и умею, что книжки читать. После очередной подобной издевки я схватила ее скейт и устроила представление в стиле Дю Солей.

К сожалению, в этом представлении я оказалась клоуном. На скейте я до этого ни разу не каталась. Да если бы и каталась, вряд ли бы мне это помогло. Скейт проскользил по перилам настолько быстро, что я даже моргнуть не успела, как оказалась впечатанной носом в асфальт.

— Зачем ты туда полезла? — кричал на меня отец по дороге в травмпункт. — Не твое, не берись! Ты мягкотелая домашняя девчонка. Кому ты что хотела доказать? Сидела бы дома, учила уроки, ничего бы не случилось!

Кусок отколотого резца пришлось наращивать. На разбитую губу наложили три шва. Не знаю, было ли все настолько плохо или мне просто попались криворукие хирурги, но уздечку укоротили. С тех пор моя верхняя губа чуть вздернута и вывернута наружу. В начале прошлого года Пина пыталась шутить по этому поводу, называя меня секс-куклой, «блондинкой с вечно открытым ртом», но, поняв, что меня это не задевает, быстро прекратила. Я давно приняла эту черту своей внешности. Многие девчонки специально подкачивают губы, чтобы достичь такого эффекта, а мне он достался по стечению обстоятельств. Что же в этом плохого?