Книга Хрупкое сердце, страница 99 – Янина Логвин

Я высвобождаю руку из горячей ладони и касаюсь пальцами его лица. Убираю волосы со лба и провожу пальцами по небритой щеке.

— Ты раздет. Ты что, здесь спал?

— Да. А где же еще?

— А разве негде?

— Негде, Алиса. Я не хотел тебя оставлять одну.

— Сколько времени я в больнице?

— Две ночи. Профессор дал тебе выспаться и набраться сил. Мы думали, ты очнешься утром. Снег?

— Что? – я выдыхаю, а Руслан уже перехватывает мои пальцы и целует их, сжимая в своих.

— Я так скучал. А еще подбил глаз твоему брату, и всем здесь сказал, что ты – моя жена. Похоже, твои родители приняли меня всерьез. Не разочаровывай их. Нам пришлось вынести непростой разговор.

— Какая насыщенная у тебя выдалась неделя, Марджанов, а все из-за меня.

— Алиска, скажи «да».

— Прямо сейчас?

— А когда? – тихо удивляется Руслан. – Я стою на коленях, а мы и так опоздали с тобой на пять с лишним лет. Но главное, я обещал Анюте, что у нас теперь все будет по-настоящему. Не могу же я ее подвести?

Я не спрашиваю, просто смотрю на него, понимая, что между нами больше не осталось секретов.

— Ты знаешь…

— Прости, Алиса. Я должен был сразу догадаться про дочь. Мне нет оправдания.

— Ты говорил со мной. Я слышала, но думала, мне это приснилось.

— Говорил. Не хочу вспоминать первую ночь здесь. Мне казалось, что я сойду с ума, пока наступит утро.

— Да.

— Снег?

— Я согласна. Но у тебя будет жена в шрамах, Марджанов.

— Я их не увижу, ты же знаешь.

Он продолжает держать мою руку у своего лица, и я замечаю на безымянном пальце ободок с камнем.

— Руслан, мне кажется, или у меня на руке кольцо? – с сомнением спрашиваю.

— Тебе не кажется. Пока с тобой были родители, мы с Анютой нашли здесь рядом ювелирный магазин. Я выбрал платину и бриллиант. Оно твоё, Снег.

— О господи, ты точно сумасшедший! – тихо изумляюсь. – Теперь думаю, что проспала целую вечность.

— Ты не представляешь, Алиска, как я хочу тебя обнять! – вдруг признается Руслан и вздыхает с грустью: – Но нельзя. Профессор лично пообещал оторвать мне уши и пришить их к заднице. Как думаешь, это прибавит мне сексуальности?

— Дурачок…

— Стоп, смеяться тебе тоже нельзя! – всерьез спохватывается, когда замечает на моих губах улыбку. Спешит поправить у моего бока одеяло. – Тебе не холодно?

— Нет, – честно отвечаю. – Даже странно. Скажи, я могу встать? Мне нужно, в общем… очень нужно в одну комнату.

— Да, профессор сказал, что можем пробовать. Но, Алиска, подожди… У тебя катетер, я сейчас придержу!

— Что? О, нет… – я ужасаюсь, догадавшись, о чем он. – Ты же не хочешь сказать, что видел…

— Конечно. Тебе нечего меня стесняться!

— Какой ужас, Марджанов. Я еще не вышла за тебя замуж, а уже готова с тобой развестись!

Глава 19

Когда я выхожу из больницы, листья с деревьев уже опали, а пожухлую траву вдоль аллеек успел припорошить первый снег. Место шрама и грудь еще побаливают, но я уже чувствую, насколько смелее дышу и ровнее бьется сердце. И щеки непривычно горят румянцем после ежедневных прогулок, как будто бледность никогда их не касалась.

Анечка видит впереди Ромку, он стоит с женой возле своей машины, и бежит к маленькому Максимке, который сидит в коляске и машет ручками, заметив нас.

Мы тоже с Русланом подходим к паре и здороваемся. Я подставляю Ромке щеку для братского поцелуя, а Марджанов сухо кивает его жене. Бывшего друга он в упор не замечает, и брат платит ему тем же. Но хоть в драку не лезут и не шипят друг на друга, что уже неплохо для начала.