Книга Убойная секретарша!, страница 3 – Янина Логвин

— Ангелина Ветрова, – ответила я с достоинством, как привыкла отвечать.

Когда ты слепил себя из ничего, невольно научишься уважать собственные достижения в любой ситуации. Даже в такой, когда похож черт знает на кого!

— Это правда, гражданка Ветрова, что вы здесь хулиганите? Зачем вы мешали работе оператора по уборке территории?

— Менеджер по клинингу я! – вставила ябеда. – Ответственный сотрудник парка! А эта девица, – затараторила старушка, доверчиво приблизившись к стражу порядка и ткнув в меня пальцем, – как есть бандитка! Она не только на мою кучу прыгала, но и у кота хотела еду отнять. Я сама видела! Ой, милок, – схватилась за сердце «артистка». – Может, она бездомная и ты ее в приют сдашь?..

— Какой еще приют? Вы в своем уме, уважаемая, – я возмутилась. – Я не бездомная. И это была моя еда!

— Видишь, милок, она еще и злющая! Давай ей прививку сделаем… успокоительную? Или наручниками повяжем! А то она снова на кучу набросится!

— Я не злющая, просто у меня утро… трудное! – холодно возразила. – А вы сразу драку устроили. Между прочим, это не гигиенично, бить людей грязной метлой!

— Так ты тоже не больно-то чистая, – фыркнула старушка. – А я свою метлу в отваре лопуха купаю! Да у тебя волосы теперь расти будут краше прежнего, а нужные винтики встанут на место. Еще спасибо скажешь, что образумила!

— Что? Ну, знаете ли…

Я давно отступила от дерева, и теперь стояла, норовя эту вредную ябеду испепелить взглядом. Это же надо, такую ерунду о себе услышать!

— Кхм-кхм! – откашлялся сержант Лешенко, протискиваясь между нами. – Так что делать будем, гражданка Ветрова? – официально поинтересовался, раздвинув нас аккуратно по сторонам кряжистыми плечами.

— С чем? – не поняла я, поворачивая к нему лицо.

— С прецедентом! Нарушение порядка было? Или менеджер по уборке ошибается?.. А может, вы из тех дамочек, кто не уважает чужой труд?

Чужой труд я уважала. Мало того, я и сама была из тех людей, кто много учился и много трудился, с юности зная цену каждой заработанной копейке.

Внезапно настоящая ситуация нарисовалась глазами полицейского и стало стыдно. Ну не жаловаться же ему всерьез на черного кота и внезапное невезение. И потом, я взрослая, самостоятельная девушка двадцати пяти лет. Я привыкла сама нести ответственность за свои поступки…

…А вот оправдываться не привыкла, но пришлось.

— Было, сержант, – нехотя признала очевидное. – Я виновата, признаю, некрасиво вышло. Что вы от меня хотите? Давайте я заплачу штраф.

Я повернулась к старушке.

— Извините за беспорядок, уважаемая. Это вышло случайно. Я бы помогла вам убрать, но у меня болит нога. И мне пора на работу. Я практически опаздываю!

— Ой, брось, – отмахнулась старушка. – Тебя всё равно с нее скоро уволят.

Спорить с ней не стала. Да что она вообще могла обо мне знать? Таких специалистов, как я, в индустрии рекламы, в которой я работала – днем с огнем поискать! А уж если нашел, надо быть дураком, чтобы от меня отказаться.

Я работала не жалея ни себя, ни своих подчиненных, и выжимала из своего отдела лучшие результаты! Это мою рекламу печатали журналы и заказывали известные бренды. Это меня зазывали на презентации и лично представляли владельцам компаний. Это мое имя знали наизусть в нужных кругах. Именно поэтому, подозреваю, Арнольд и встречался со мной, а его мама и сестра – мои непосредственные начальницы, терпели конкуренцию с собой великолепными.