Книга Ангел с разбитыми крыльями, страница 30 – Янина Логвин

В десять лет я впился зубами в его руку и потерял сознание от удара об стену. В двенадцать — полоснул Сержио по груди найденным на берегу куском стекла и не дал себя ударить, а после этого несколько ночей просидел в подвале с библией в обнимку, от голода отгрызая куски от кожаного переплета.

Я не просил и не каялся. Всё, что мог, брал сам, и уже тогда ненавидел инока всей душой. В то время как души других детей дома всецело принадлежали ему.

Тогда нас ещё было четверо, оставшихся из восьми.

А однажды в нашем монастыре появился новенький.

Мальчишке было лет десять, у него были голубые глаза и светлые кудри, как у девчонки. Он был страшно напуган, закрывал лицо руками, но успел сказать мне, что его зовут Теодоро, прежде чем забыл свое имя и стал для отца Сержио малахольным сыном Флавио. Ребенком грешной шлюхи, у которого демоны отобрали ум.

Тео. Единственная душа, к которой я смог привязаться в том аду.

Прошло десять лет, как мы вырвали себе свободу, но я никогда не спрашивал его, помнит ли он наше прошлое.

* * *

— Привет, Тео.

Я произнес негромко, но он услышал меня, сдернул наушники на шею и тут же вскочил на ноги.

— Ангел? Привет! Ты проснулся!

— Да. Что ты делал на полу?

— Я ждал тебя, не хотел будить. Я принес тебе одежду, мама просила.

— Спасибо.

Он редко бывал внимательным, обычно его мысли перескакивали с одной темы на другую, но сейчас, заметив мой внешний вид, Тео изумленно спросил:

— Ты ранен? — как будто это не я минуту назад лежал перед ним в одних трусах и в бинтовых повязках.

Я встал с кушетки и взял со стула футболку. Надев на себя, стал влезать в штаны.

— Ерунда. Подрался с человеком-пауком за последний бургер на заправке. Он мне здорово вломил, пришлось сбежать, и вот я здесь. Надо предупредить Алонзо. Если меня будет спрашивать странный тип в лосинах, пусть спустит на него собак.

Тео рассмеялся. Негромко и в то же время легко, как будто он не слышал шутки смешнее.

— Чувак, мы в Италии. А Питер Паркер живет в Америке! Тебя надули, это был не он!

Я сделал вид, что удивлен.

— Чёрт, обидно. А похож.

Но Тео не поймался. Вдруг перестал улыбаться и нахмурил лоб, как делал всегда, когда хотел сосредоточиться. Подошел ближе, заглядывая мне в лицо.

— А ты пытаешься надуть меня. Я знаю, Ангел, ты подрался! Это были плохие люди, да?

«Подрался» из уст Тео прозвучало слишком невинно. Я не хуже Марио понимал, что из своей смертельной вендетты вряд ли выберусь живым. Но пусть будет так.

Сейчас я не знал, сколько раз мы ещё увидимся с другом, поэтому ответил понятными ему словами:

— Да, очень плохие. И закрыли тему, Тео. Не забивай голову ерундой, просто держись ближе к деду, договорились? И слушай Селесту.

Блондин закивал головой.

— Я слушаю! Мне нравится выезжать в город, и я хорошо играю роль загадочного парня! Пусть они все думают, что Адам — это я. Настоящий Санторо! Представляешь, как будет смешно, когда плохие люди узнают правду!

Я в этом сомневался, поэтому ответил ровно:

— Не уверен.

— Ты не бойся, Ангел, я ни с кем не разговариваю. Никто не догадается, что я глупый.

Я отошел от кушетки и взял со стола Селесты бутылку с охлажденной водой. Открыв крышку, выпил до дна. Пить хотелось сильно, а ещё, если бы не раны, прыгнуть в озеро и дать мышцам предельную нагрузку. А после остаться одному и подумать.