Книга Ангел с разбитыми крыльями, страница 140 – Янина Логвин

Только что курьер принес в наши апартаменты несколько коробок и красивых пакетов, аккуратно подписанных и запакованных. И Вишенка с любопытством крутится возле них, помогая мне здоровой ручкой открыть самую большую коробку и достать содержимое — белого плюшевого единорога с радужными крыльями, куклу Коломбину и снеговика Олафа. Она растерянно смотрит, когда из пакетов я достаю несколько платьев, новые розовые туфельки, очень красивые красные сапожки и белую пуховую курточку. И книги — с дюжину ярких и красивых детских книг.

Это все настолько девичье, что Вишенка, проведя две недели в больнице, не на шутку теряется. Впрочем, мне тоже есть, чему удивиться — такого подарка от Дона Марио я не ожидала, несмотря на то, что всё это время он не оставлял нас с Марией без внимания.

— Мамочка, а кому это всё? — потрясенно спрашивает дочка.

— Думаю, что тебе, Вишенка.

Детские глазки не обмануть, и они с осторожным сомнением переводят взгляд с игрушек на меня.

— Мне? И платья тоже?!

— И платья. Но не только. Похоже, Святая Лючия любит тебя и решила побаловать к Рождеству сказками. Она тоже очень хочет, чтобы ты выздоровела!

— Мамочка, я умею читать, и тут написано «Сердечно ваш, Марио Санторо». Мамочка, а кто это?

Мария осталась жива, и это главное. На мое счастье, она ничего не помнит из того ужасного дня, когда ее обманом выкрал Лоренцо, вывихнул плечо и сломал руку. Думаю, встреча с ним так сильно напугала мою девочку, что ее сознание просто выключилось. Она не плакала, не умоляла и не просила, она просто сбежала от чудовища в мир бессознательного, и это спасло жизнь не только ей, но и синьоре Мангано.

Я же перенесла синдром Такацубо. Как объяснил лечащий врач уже здесь, на Сардинии, этот сердечный приступ случается у людей в момент сильного эмоционального потрясения. Когда резкий выброс гормонов стресса буквально «оглушает» сердечную мышцу и парализует работу сердца, не позволяя ему нормально сокращаться.

Финал у приступа бывает разный, но мне повезло. Однако первые два дня я не могла двигаться и даже не помню, как частный рейс доставил нас с Марией из Милана в аэропорт Ольбии, а оттуда уже в частную больницу на берегу Средиземного моря. В тихое и безопасное место, где Дон Марио попросил меня сделать всё, чтобы поправить наше с дочерью здоровье. Ради будущего всех Санторо.

Я была ему благодарна. И за внимание, и за два коротких звонка по больничному телефону. Иметь личное средство связи запретил врач.

Оба раза я спрашивала мужчину об Адаме, и неизменно слышала в ответ:

— Жив, Ева. Есть дела, которые нам с внуком нужно закончить и кое-кого найти. Ты думай про себя и ребенка. Вам всего хватает? Всем довольны?

— Да, спасибо, более чем.

— Как себя чувствует Мария?

— Лучше. Значительно лучше.

— А ты?

— Я?

Сердечный приступ отпустил, но пережитый стресс вызвал сильнейшую интоксикацию в организме. Спасали капельницы и круглосуточное наблюдение медперсонала. Меня тошнило, кружилась голова, шла носом кровь и, если честно, я не сразу поняла, что происходит. Пока однажды во время осмотра врач прямо не спросил, присутствовали ли все эти симптомы в мою первую беременность. И какую мне назначали терапию.

Судя по тому, как проходит моя вторая беременность, она мне необходима.