Книга Неверные. Долгий путь к любви, страница 41 – Татьяна Никольская

Мне вдруг отчаянно хочется услышать этот голос. Не начальственный, не дерзкий. Обычный. Человеческий.

«Пусть первым ходом будет мой визит, Людмила Константиновна, — думаю я, глядя на свой тёмный силуэт в отражении стекла. — Посмотрим, как королева ведёт себя в своих владениях. И как она поведёт себя, когда поймёт, что я пришёл не как завоеватель. А как… гость. Самый заинтересованный гость, которого она когда-либо видела».

Люся

В филиале пахнет паникой и свежим кофе. Запах, знакомый до тошноты. Обычно так бывает перед крупными проверками из головного офиса. Только сегодня масштаб иной. Не какой-то там вице-президент по чему-нибудь. Сам Горский. Новый хозяин всего зверинца.

Моя старшая администратор, Ольга, уже третью кружку кофе осушает, бегая глазами по операционному залу.

— Людмила Константиновна, может, цветы в кабинет? Или свежую выпечку в переговорку? Они говорят, он из Лондона, он привык…

— Оль, перестань, — обрываю я её, не отрываясь от монитора. — Он привык к деньгам. К их наличию и чистоте происхождения. Если у нас с этим порядок, ему и вода из кулера сойдёт. А если нет — никакие цветы с канапе нас не спасут. Успокойтесь все. Работайте как обычно. И дышите, в конце концов. Вы же не в газовую камеру его заводите.

Они смотрят на меня с немым укором: как я могу быть такой спокойной. А я просто исчерпала лимит нервов на подобные вещи лет десять назад. И потом, я его уже видела. Самого. И мы даже поговорили. После этого уже не страшно. Опасно — да. Интересно — безусловно. Но не страшно.

Ровно в одиннадцать подъезжает чёрный Мерседес. Из него выходит молодой парень в идеальном костюме — помощник. Потом шофёр. И только затем — Горский. Высокий и так, но кажущийся огромным из-за этой чёртовой ауры невозмутимой власти. Смотрит на вывеску филиала так, будто оценивает стоимость каждого буквенного знака. Входит.

Я встречаю его в холле. Выхожу спокойно с вежливой, холодной улыбкой и прямой спиной.

— Валерий Александрович, добро пожаловать.

— Людмила Константиновна, — кивает он. Рукопожатие. Его ладонь сухая, тёплая, хватка — сильная, но не демонстративная. Просто констатация факта: он здесь. — Благодарю за приём. Готовы показать, как работает ваш конвейер по производству лояльности?

Фраза неожиданная. Ироничная. Без намёка на улыбку, но с лёгким огоньком в глазах. Он напоминает мне о моей же реплике на воркшопе.

— Конвейер иногда даёт сбой, — парирую я, поворачиваясь, чтобы вести его внутрь. — Но мы предпочитаем называть это «индивидуальной настройкой под клиента».

Дальше начинается то, чего я никак не ожидала. Никакой инспекции. Никакого ковыряния в отчётах при всём честном народе. Он идёт по залу, наблюдает. Задаёт вопросы моим сотрудникам. Не начальникам отделов, а тем, кто на передовой — операционистам, кредитным специалистам.

— С какими самыми нестандартными запросами сталкивались на этой неделе?

— Что раздражает больше всего в текущих регламентах?

— Если бы у вас была волшебная палочка, что бы вы изменили в вашем рабочем дне?

Люди сначала заикаются, явно опешив. Но он слушает внимательно, не перебивая, кивая. И постепенно они раскрываются. Рассказывают. А он… запоминает. Я вижу, как его взгляд фиксирует детали: как организовано рабочее место, как висит мотивационная доска (не идиотские плакаты «Ты можешь!», а график выполнения планов с жирной красной чертой «норма»), как быстро реагирует на запрос система.