Книга Неверные. Долгий путь к любви, страница 129 – Татьяна Никольская

Мы молчим, глядя на эту чужую, сохраненную нежность. Кто-то любил здесь так сильно, что засушил цветок между страницами. Кто-то хранил эту книгу годы. А потом уехал, оставив розу в книге, как точку в конце главы.

— Нашли клад? — раздается голос Яны. Она карабкается по лестнице, заглядывает через плечо матери. — Ой. Какая грустная.

— Не грустная, — говорю я, глядя на Люсю. — Законченная.

— Нам не нужен дом с чужими засохшими розами, — тихо отвечает Люся. — Нам нужен дом, где мы будем ставить в воду свежие.

Она аккуратно закрывает книгу, кладет ее обратно на подоконник. Мы спускаемся вниз, благодарим хозяев и уезжаем.

В машине долго молчим. Яна смотрит в окно, потом вдруг говорит:

— Мне там понравился сад. Яблоня старая, но на ней почки. И сирень у забора. Ее можно подрезать, и будет красиво.

Я перевожу взгляд с дороги на Люсю. Она смотрит на меня, и в ее глазах — то же самое, что я чувствую внутри. Не разочарование. Понимание.

— А мансарду можно переделать в мою комнату? — продолжает Яна. — Только окно надо будет почистить, чтобы звезды ночью были видны.

— Значит, ищем дальше? — спрашиваю я, кладя ладонь на Люсино колено.

— Ищем, — кивает она.

Я разворачиваюсь на перекрестке. В зеркале заднего вида Яна уже уткнулась в телефон, что-то сосредоточенно ищет. «Породы собак для частного дома», — догадываюсь я.

Мы не нашли свой дом сегодня. Но мы нашли нечто более важное — общий язык, на котором говорим о будущем. Не абстрактное «когда-нибудь», а конкретное «где здесь будет стоять диван» и «какого цвета стены в детской». Это и есть фундамент. Не бетонная плита, не юридически оформленная собственность. А моменты, когда трое людей смотрят на чужую засохшую розу и понимают, что хотят выращивать свои, свежие цветы. Вместе.

— Дядя Валера, — доносится с заднего сиденья. — А ты собак любишь?

— Собак — да. Кошек — тоже.

— А больших или маленьких?

— Яна, — вмешивается Люся, — мы еще даже дом не нашли.

— Так я заранее. Чтобы знать, на что рассчитывать.

— Лабрадоров, — отвечаю я. — Умные, спокойные, с детьми хорошо ладят.

— Лабрадор, — задумчиво повторяет Яна, и я вижу, как она вбивает это в поисковую строку.

Люся качает головой, но в уголках ее губ прячется улыбка. Я беру ее руку в свою, сжимаю. Мы едем в сумерках по загородной трассе, и в машине тепло, пахнет кофе и… счастьем. На заднем сиденье наш ребенок планирует нашу общую жизнь.

Это и есть дом. Не там, куда мы едем. А здесь, сейчас, в этой машине. И он уже найден. Осталось только подобрать под него подходящие стены.

Люся

События января развиваются так стремительно, что я с ужасом ловлю себя на мысли: я чуть пропустила день рождения Машки. Второго февраля вечером, перебирая в уме планы на завтра, я вдруг чувствую холодный укол в груди. Третье февраля. Завтра.

Я поворачиваюсь к Валере, который листает что-то на планшете, устроившись в кресле с чашкой чая.

— Знаешь, я хочу тебя кое с кем познакомить.

Он поднимает глаза, откладывает гаджет. Все его внимание мгновенно здесь.

— С кем?

— С Машей. Моей лучшей подругой. У нее завтра день рождения.

Я вижу легкое удивление в его взгляде.

— С лучшей подругой? И я только что узнаю, что у тебя есть подруга, да еще и день рождения у неё уже завтра.

— Валер, ну не было ни времени, ни подходящей обстановки рассказать про неё. От Янки же ты постоянно слышишь — тётя Маша, Сашка, Настя.