Книга Монохромный человек, страница 56 – Юлия Поспешная

-Смотри, как залилась краской.-осклабился Максим Датский, насмешливо глядя на меня.-Нет, Оль… Мимо. Она бы может и не прочь была бы… Но у Корнилова слава принципиального мужика, с жестким моральным кодексом, железной волей и стойкой силой духа. Не стал бы он с малолеткой… К тому же у него дочка её возраста… Да и я слышал он любит свою жену. Даже не изменял вроде никогда.

-Ты как будто им восхищаешься!-с обвинением в голосе воскликнула Ольга.

-Я никогда не говорил, что презираю его.-спокойно ответил Максим.-Он зазнавшаяся, тщеславная и честолюбивая сволочь, которую давно уже пора поставить на место. Но это не отменяет всех его прочих достоинств.

Услышав то, что он сказал про Корнилова, я почувствовала прилив праведного, справедливого раздражения, но я сочла за лучшее промолчать.

-Так, не важно.-отмахнулась Ольга Датская и снова взглянула на меня.-Зачем ты всё время встречаешься с Корниловым? Ну?

-Твое молчание так же будет иметь все негативные последствия, о которых тебя предупредили.-зловеще предостерёг меня Максим Датский.

-Хорошо.-я пожала плечами.-Я напросилась к Корнилову, чтобы изучать… криминальную психологию, поведенческий анализ и составление психологического профиля убийцы.

-Да ну!-с издёвкой хмыкнул Максим.-Долго думала, курица?

-Ты, что издеваешься над нами, дрянь?!-зло воскликнула Ольга Датская.-Я с тобой, кажется, сейчас по-хорошему пытаюсь говорить. И то, только делая скидку, на твой нежный возраст!

-Кстати, о возрасте,-сообщил Максим Датский.-Не забывай, что ты уже обременена уголовной ответственностью.

-Вот, вот.-поддакнула Ольга.-Хочешь, не в Польшу вернёшься, а в колонию поедешь? Лет на пять-шесть? Знаешь кем ты оттуда выйдешь?

-А там, между прочим, жуткие вещи иногда творят с такими хорошенькими, нежными дворяночками из чрезмерно богатых семей.-ощерившись, с мрачным предвкушением проговорил Максим.-Уверен, тамошние охранники быстро найдут с тобой общий язык.

Они с сестрой переглянулись и обменялись одобрительными смешками.

Я не сомневалась, что свою угрозу они могут привести в действие.

Но я так же знала, что рассказывать им правду, я точно не буду! Пусть хоть режут!..

Просто тяжесть последствий, от моей правды буквально зашкаливает, во всех смыслах!

Как, для меня, так и для Стаса.

Корнилов, не минуемо потеряет работу и будет уволен с позором. Все его заслуги буду приписаны «девочке с необыкновенным даром».

А сама «девочка с даром» неотвратимо станет собственностью спецслужб (в лучшем случае), рабочим инструментом, ручным зверьком, да кем угодно, только уже не той, кем она была раньше!

Ей, то есть мне, уже никогда не дадут жить хотя бы отчасти нормальной жизнью!

Всё моё существование будет починено исполнению высшей воли и высших интересов, кого-то там, кому всегда «виднее» и «лучше знать».

И если на льду я готова хоть лоб в кровь разбить, но заполучить золотую медаль, то жить за пределами спорта, я хочу нормальной жизнью! Как все!

Хоть чуть-чуть… Хоть иногда, отчасти… понемногу..

-Так и будешь молчать?-язвительный вопрос Ольги Датской отвлёк меня от тягостных раздумий.

-Я уже ответила на ваш первый вопрос.-устало произнесла я.

-Этот бред ты будешь в колонии сокамерникам травить! Поняла меня?!

Я поморщилась от её крика.

Можете смеяться (и даже крутить пальцем у виска), но мысль о том, что мне теперь угрожают отправкой в колонию для несовершеннолетних, вселяла некоторый оптимизм.