Книга Монохромный человек, страница 45 – Юлия Поспешная

Вязкий, чёрный, блестящий, похожий на нефть, он вытекал из его рта и капал на одежду, на стол.

— Верни ему его цвета… — снова прошипел голос в моей голове.

Я истошно, истерично, надрываясь изо всех сил, заорала.

Я хотела сорваться с места и броситься отсюда бежать.

Свет мигал не прекращая. Я сидела на кухне и бессильно наблюдала, как все вокруг стремительно, неумолимо и быстро окрашивается в серо — черно — белые тона.

Все вокруг сереет, меркнет и бледнеет и наполняется тьмой.

Живой, чёрной, пульсирующей тьмой.

Распахнулись окна. В кухню ворвался ураганный ветер.

Он взметнул скатерть, на столе, разбросал салфетки и полотенце.

Безжизненный, безвкусный порывистый ветер подкинул и разбросал мои волосы.

Наконец свет померк.

Я, всхлипывая и дрожа, сидела в полной темноте. Я не смела пошевелиться.

Я беспомощно оглядывалась по сторонам, с мольбой, в мыслях, ждала, когда зажжется свет.

Резко вспыхнул свет. Я судорожно вдохнула воздух, и он застрял в моем горле.

Он сидел напротив меня.

Сидел за столом, мирно сложив руки. Он был облачен в старомодный чёрный сюртук, со странным узором. На руках у него темнели перчатки, без двух пальцев. И я увидела, что ногти у него чёрные.

Такие же черные, чернее ночи, были и его напомаженные, пышные волосы, глаза и губы, которые складывались в злорадную, лукавую улыбку.

Он смотрел мне в глаза. Затем чуть наклонил голову набок.

И внезапно, резко протянул к моему лицу руку, с длинными пальцами.

Я отшатнулась, дико крича…

Я упала на пол, больно ударившись головой о бортик кровати.

Сотрясаясь от панического ужаса, я ошарашенно глядела по сторонам, безумно тараща глаза.

Пульс гремел в ушах, мне казалось, что у меня кипит кровь в венах. Нервный жар поглощал моё тело изнутри.

Мне тяжело было дышать.

Я медленно, осторожно встала. Увидела свой раскрытый блокнот.

Он спокойно лежал на столе, и не был залит никакими чернилами.

Но на одной из его страниц остался рисунок четырёх чёрных мотыльков.

Я тяжело, нервно сглотнула.

Тут у меня зазвонил телефон. Я тихо вскрикнула, выругалась по — польски и достала мобильник.

Звонила мама Леры и Лады.

— Добрый день, Беатриса Константиновна, — стараясь, чтобы мой голос звучал приветливо, произнесла я в трубку.

— Ника, привет. Как там Лада?

Я вздохнула.

— Спит.

— Ой, какая ты молодец… А она хорошо покушала?

— Да, очень даже,  — слабо усмехнулась я.

— Всё хорошо, у вас там?

— Просто прекрасно, Беатриса Константиновна. Не переживайте.

— Ну, хорошо. А то я беспокоюсь…

— Не стоит, — мягко ответила я, — уверяю вас, всё в полном порядке.

— Ладно, — усмехнулась в трубку Беатриса Константиновна, — давай, держись там. Я, возможно, буду сегодня пораньше.

— Хорошо.

— Ну, пока.

— До свидания.

Я отложила телефон. Села на кровать Леры. Спрятала лицо в ладонях.

Кровь толчками била по вискам. Пережитый, только что, кошмар оставил меня без сил и мыслей. Хотелось просто упасть, заснуть и проснуться солнечным, цветущим утром.

СТАНИСЛАВ КОРНИЛОВ

Воскресение, 9 августа

-Он душил их по очереди.-будничным тоном рассказывал Ящер.-Вот видишь? Вот полоска странгуляционной линии.

Стас наклонился над телом мёртвой Эдиты Вербиной.

-Такой тонкий след…-чуть прищурившись проговорил он, и поднял взгляд на Яшу.-Шнурок?