Книга Халид его пленница, страница 102 – Ая Кучер

— От него?!

Думаю, что довела мужчину, разорвала все границы. И не знаю, что он сделает дальше. Единственный, чьи поступки оставались для меня загадкой. Как и слова.

Он говорил, что я его женщина. Но что это значит? Этого не достаточно, это пшик. Сегодня одна женщина, а завтра другая. Всего лишь звук, статус, который легко перейдет другой.

Нас ничего не связывает, кроме общего сумасшедшая и злости, кроме Янара. Мы друг другу, по факту никто. Не семья, не любовники в нормальном понимании.

И в любую секунду это может закончиться, нет никаких поводов быть вместе. Мы несем в себе разрушение, пока кто-то не уничтожит другого. И компромиссы… Они ведь не сработают, не склеят всё.

— Сын от Луки? Этого ты хочешь, Ада?! Залететь от кого-то другого? Трахаться с другим?

— А если хочу?

Халид резко отпускает мои руки. Так, что даже больно из-за того, что пропали его прикосновения. Кожа покрывается мурашками, становится невыносимо холодно.

Упираюсь ладонями в стену, боюсь разворачиваться. У меня ощущение, что я либо сейчас получу по полной программе, либо… Окажусь свободной, как того и хотела.

Он не станет терпеть конкуренцию, не станет терпеть такое. Что я могу подумать о ком-то ещё, лечь под другого. Это то, что может оттолкнуть Халида от меня.

Навсегда.

— Хочешь?

Только мужчина не отпускает, а его хватка переходит выше. Халид зарывается пальцами в мои кудри, наматывает волосы на кулак и тянет, заставляя запрокинуть голову.

— Повтори, Ада. Давай, отвечай.

— Я…

— Ну вот и захлопнись, если не можешь довести свою ложь до конца.

— Что ты делаешь? – он рвет на мне белье, пальцами сжимает бедро. – Хал.

— Покажу, кого ты хочешь. От кого ты течешь. И кому ты будешь рожать, снова и снова. Поняла?!

Халид редко кричит или рявкает, и даже сейчас он говорит спокойно. Но его тон наполнен звенящей злостью. Под которую хочется подстроиться, пригнуться. Чтобы буря прошла мимо меня.

И в тоже время хочется броситься в самый центр взрыва, оказаться пригвожденный к месту. Чтобы разрывало на части, как снаружи, так и внутри. Хоть какой-то баланс в жизни.

— Я не буду больше тебе рожать. Нет.

Говорю твердо, но вся дрожу. От того, как меня накрывает. Как чувствуется вес мужчины, его мощь. Он впечатывает меня в стену, держит крепко. Голова ноет из-за жесткой хватки, всё тело покрывается мурашками.

— Нет? Тебя никто не спрашивал, Ада. Забеременеешь и сядешь под полный контроль. Родишь мне сына, ещё, и дочь. И, блядь, столько, сколько я захочу. Пока не поймешь, что ты моя.

— Я не твоя. Нельзя насильно сделать кого-то своим.

— Можно, Ада. Я увидел тебя и забрал. А твой Лука, - имя помощника Халид выплевывает, как самое гадкое в мире. – Не смог тебя отстоять. Я смогу. Каждый раз. Беги, скрывайся. Я найду, верну. Землю перерою и душу продам, но ты будешь со мной.

— Без вариантов?

— Без.

Пальцы мужчины находят мой клитор, ведут по влаге. Черт! Он ведь… Самый грубый наш момент, самое открытое противостояние, а я вся влажная. Там потом, океан.

Смазка пачкает бедра, растекается под ладонью мужчины. И он всё чувствует, прекрасно понимает. И давит сильнее, царапает джинсами мою кожу, отвешивает ещё один шлепок.

Такой острый, сильный. Возбуждение смешивается со злостью, дурманит голову опасным коктейлем. Ягодицы жжет от удара, пронизывает стрелами, когда Халид медленно обводит пострадавшее место.