Книга Измена. Цена прощения, страница 133 – Ая Кучер

— Шварц!

Я возмущаюсь, когда мужчина дергает меня за косичку. Уворачиваюсь от прикосновений, опускаю голову на спинку дивана. Показательно перекидываю косы за спину.

А Мирон снова тянется.

— Что ты творишь? – смеюсь, пытаясь спасти волосы. – Таскать меня за косички может только Рус. Ты же не ребёнок.

— Непривычно. Ты вечно с ними бегала в университете, а потом перестала.

— Ну, как-то по-детски было, глупо.

— Твои косички привлекали мужское внимание. Такая себе особенность.

— Да, Дима рассказывал, что именно так меня и заметил.

Упоминание мужа больше не приносило привычной растерянности. Болтая с Мироном о прошлом, мы часто затрагивали тему Немцова, без него никуда.

Я словно разделила что-то внутри. Есть Дима из воспоминаний: родной, любимый, с которым связано всё хорошее. А есть Дима нынешний, который оказался подлецом.

И вроде муж с самого начала меня обманывал, но я не хочу зацикливаться на этом. Иначе шесть с половиной лет будут окончательно испорчены. А я любила это время.

Главное, что мысленно я уже всё закончила. Никаких сомнений, оправданий и всех тех глупостей, которыми я себя съедала весь этот месяц. И так легко. Спокойно.

Вроде должно быть только больнее от такого предательства мужа.

А я пережила это легче, чем неполноценную измену с Ирой.

Мирон бормочет что-то про «не один», но я не успеваю переспросить. Мой телефон начинает звонить. Кому я нужна почти в двенадцать ночи? А после вспоминаю про ограничения…

— Черт! Слушаю, Алина Михайловна, - пальцы дрожат, пока я принимаю вызов. – Руслан в порядке?!

Я резко отставляю бокал на подлокотник, подрываюсь на ноги, будто это поможет. Свекрови нет резона звонить мне, если ничего не случится. Всё в душе обрывается, я готовлюсь вызывать такси.

— Рус спит, - из динамика раздается мужской голос. – Всё с ним хорошо. Ты не отвечала на мои звонки…

— Дим, а ты не сопоставил два и два? – жестом прошу Шварца молчать, видя, как он напрягается. – Я не отвечала тебе намеренно.

— Ты снова пытаешься убежать от наших разговоров.

— А ты снова пытаешься сделать вид, что твои измены были ошибкой? Случайностью? Тебя просто вечно в лифтах целуют, а ты не можешь устоять?

Дима напоминает мне сломанную пластинку, выдающую одну и ту же ноту раз за разом. И хотя я обожаю включать песню на повтор и слушать целый день, но эта мелодия мне надоела.

И сейчас я дико злюсь на мужа. Мы со Шварцем сидели, впервые нормально общались. Я чувствовала себя живой и свободной, не скованной вечными проблемами. А муж звонит и всё рушит.

Потому что продолжает оправдываться, когда в этом больше нет смысла.

— Я думал, что ты приедешь за Русом, - муж меняет тему, а я медленно закипаю. Он разве ничего не понимает? – Но, судя по голосу, ты хорошо проводишь время.

— Не смей, - шиплю. – Не пытайся попрекать меня сыном. Ты забрал его на ночь, ты за ним присматриваешь. Он наша общая ответственность, не только моя. Если ты не справляешься – скажи и я приеду. Но разговора между нами не будет. Я… Готова встретиться с тобой в понедельник. Обсудить развод.

— Тась…

— Спокойной ночи. И, пожалуйста, Дим, больше не звони с телефона Алины Михайловны. Я оставила этот номер для экстренной связи. А слушать новый поток лжи я не готова.

Бросаю мобильник на диван и сама усаживаюсь. Подумать только, муж пытается мне что-то предъявлять.  Мне! Я оставила сына с отцом, уверенная, что всё будет хорошо.