Книга Предатель. Цена ошибки, страница 61 – Ая Кучер

Артём падает в кресло, нетерпеливо постукивает по подлокотнику. Выдерживает ровно тридцать семь секунд перед тем, как засыпать новыми вопросами.

Я выкладываю основное. Про постоянные инспекции, успешные попытки потопить мой бизнес. Довольно прямолинейные, никаких закулисных игр. Отец всегда рубил прямо, не умел плести интриги.

А я научился.

— То есть, Аслан предложит тебе помочь? – уточняет Рязанов, хмурится. – И ты так быстро спасовал? Почему не начал что-то новое? У тебя же вечно идей было выше крыши.

— Через месяц там бы тоже начались проблемы. Мне довольно четко дали понять, что самостоятельный бизнес я больше построить не смогу. Отец, щедро, предложил помочь. Будто я не догадался, что он сам всё и устроил.

— А он знает, что ты это понял? – усмехаюсь. – Ясно. Так, ты сыграл в идиота, вернулся в семейный бизнес для того, чтобы…

— Мне плевать на его фирмы, Тём. И на наследство, и прочее. Я ненавижу, когда мной пытаются управлять. А у отца достаточно средств и точек давления, чтобы прогнуть меня. Поэтому пришлось согласиться и играть по его правилам. Пока.

— А Лиза тут каким боком? Да-да, не лезть в брак. Но ты так стойко сейчас планируешь её всего лишить… Квартиру вон собрался продавать, никакого мирного развода. Этой части я не могу понять. Как это вяжется в твой план?

— Неважно.

— Как знаешь. Но я уверен, что Ильяс сотрет тебя в порошок. По крайне, мере постарается. Отсудит всё, что можно.

Знаю.

С Ильясом у нас давняя неприязнь. В основном из-за того, что я был пустоголовым подростком, сам лез на рожон. Любил кичиться своим положением, дурак.

Не раз проводил между нами черту на всех встречах, показывая, насколько моё положение лучше. Он – внебрачный сын, которого изредка приглашали в нас круг. Не свой, не чужой. Так, какой-то приблудыш. А я единственный наследник, одной из самых обеспеченных семей города. Тогда это казалось достижением.

А сейчас думаю, что с радостью поменялся бы с Ильясом местами.

Я это перерос, мозги встали на место. Осознал, насколько был неправ в некоторых поступках. Стоило давно извиниться, замять тот пустяковый конфликт…

Но теперь уже неважно.

Ильяс сейчас на принцип пойдёт, доказать, что стал лучше и успешнее меня. Уверен, он попытается не просто законную половину имущества отсудить, а намного больше.

Но это меня совсем не волнует.

Наоборот.

Единственные стоящие новости в последнее время.

Я отвечаю на вопросы Рязанова вскользь и довольно поверхностно. Объясняю главное, а вопросы про Лизу рублю на корню. Я не собираюсь о ней говорить, а друг этого словно не замечает.

Будто не он час назад сорвался из-за одного упоминания бывшей.

— Черт, я сейчас, – Артём резко поднимается, становится собранным и серьезным. – Мои щенки что-то опять натворили.

Щенки – ласковое прозвище для его бойцов охранной фирмы «Альфа». Судя по реакции друга, ситуация далека от нормального. Материться на них Артём начинает даже не выйдя из квартиры.

А я остаюсь один.

И дурные мысли тут же лезут в голову.

Всё вьются вокруг Лизы, толкают назад к произошедшему.

Как она сейчас?

Как справляется со всем?

Тянет позвонить. Просто, мля, услышать её голос. Убедиться, что она в порядке после выкидыша. Хотя какой к черту порядок?

Она потеряла ребёнка.

Моего ребенка.