Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 149 – Магисса

Мы прочитали его по очереди.

Нонна первой поставила подпись. Потом я. Феликс дошёл до строки о прекращении оперативных полномочий и задержал ручку.

— Нашёл ещё одно условие? — спросила Нонна.

— Нет.

Он подписал, закрыл колпачок и не сразу отдал лист юристу.

— У нас был шанс, Жанна?

Никто не стал собирать бумаги громче, чтобы сделать вид, будто не услышал.

— Был, — сказала я. — Ты потратил его до того, как я открыла дверь примерочной.

— Один договор без приложения, — сказала Сабина. — Оно лежало у Тимура. Я принесла его экземпляр.

На столе перед ней были две серые папки, конверт и старый блокнот с пружиной. Не копии из телефона и не фотографии листов. Бумажные оригиналы с подписями, синими печатями и исправлениями, возле которых Сабина ставила свои инициалы.

Демьян надел перчатки и сверил номера с перечнем, присланным накануне.

— Договор технического сопровождения презентации. Дополнительное соглашение о временном хранилище. Три акта. Счета. Это всё?

— Ещё блокнот. Там встречи, суммы и номера заявок. Я вела его до того, как стала записывать всё в календарь.

— Почему не передали раньше?

— Считала его личным. Потом увидела номер фабричной партии рядом с фамилией Ядвиги.

Сабина открыла нужную страницу сама, не вырывая её и не обводя строку. Между записью о съёмочной площадке и временем звонка стояли две суммы Тимуру. Ниже — «Я. Б., ранняя папка» и номер партии.

Я уже видела этот номер в платёжной выписке и на техкарте. Нового разоблачения не случилось. Появился бумажный источник, который можно было положить рядом с остальными, не прося Сабину разблокировать телефон.

Демьян показал страницу камере, записал положение и закрыл блокнот.

— Конверт?

— Уведомление Тимуру о прекращении договора. Он получил его через курьера после закрытой встречи. Здесь опись и подтверждение.

Юрист разложил перед Сабиной текст объяснения. Она читала медленно, отмечая карандашом строки.

В первой части говорилось, что она поручила Тимуру собрать презентацию и дала ключ шире согласованного объёма. Во второй — что разбила оплату на несколько счетов и назвала технические работы исследованием аудитории, чтобы не ждать дополнительного согласования. В третьей стояли показ папки Ядвиге и отсутствие у Сабины прямых сведений о моменте передачи файлов.

— Здесь написано, что вы не заказывали публикацию, шантаж и продажу материалов, — сказал юрист. — Это ваше утверждение, не установленный нами факт.

— Понимаю.

— Здесь вы признаёте доступ, платежи и показ.

— Да.

— Добавить что-нибудь хотите?

Сабина подняла карандаш.

— Я не просто присутствовала при показе. Я сначала возразила, а потом разрешила продолжить, потому что хотела мнение байера. Напишите так. И не «не смогла остановить». Могла.

Юрист исправил фразу и передал лист Аде. Та распечатала новую страницу. Сабина сравнила версии, подписала каждую и поставила дату.

Я не испытывала облегчения. Объяснение не возвращало клиенткам закрытые фотографии и не отменяло примерочную. Но в нём наконец не было свободного места, куда можно вписать удобную женщину целиком.

Демьян упаковал договоры отдельно от блокнота. Сабина расписалась на пломбах. Затем достала из сумки ещё один лист.

— Это по доле.

Юрист прочитал заголовок.