Книга Искушение, страница 14 – Ольга Дашкова

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Может быть, напиться и отдаться ему?

Не заметила, как мы опустошили всю бутылку, но к мясу я так и не притронулась. Семен пригласил танцевать, пришлось отказать, сослаться на срочный поход в уборную, чтобы припудрить носик. Одно дело, когда ты сидишь с мужчиной, которого видишь первый раз в жизни, а другое — позволять ему себя трогать даже в танце.

Я была к этому не готова.

Долго держала руки под краном, смотрела на то, как по пальцам стекает ледяная вода, и вспоминала взгляд Макса. Я не видела его глаз, лица, но я чувствовала всю палитру эмоций, все оттенки черного, что отражались в нем.

Зашедшая в уборную женщина вывела меня из задумчивости, выключила воду, быстро вытерла руки, посмотрела на себя в зеркало.

Что я здесь делаю?

Ах, да, я выхожу из глубокого личного кризиса и пытаюсь жить как раньше. Но вот только как раньше уже не будет, я это понимаю, но все никак принять не могу.

Надо самой к психологу идти, только не к Маринке.

— Все в порядке? — Семен встает, когда я подхожу, отодвигает мой стул. Семен галантен и внимателен, это немного напрягает. Я привыкла, что меня все считают холодной сукой, ах да, еще недотраханной.

Шикарное определение.

— Отвезешь меня домой, Семен?

— Уже? Я так много хотел тебе рассказать. А еще пригласить совершить прогулку на лошадях, у меня свои конюшни за городом.

Конюшни? О, он называет член мой жеребец.

— Псарни нет?

— Что?

— Псарни, чтобы устраивать русскую охоту. Раньше это было модно среди знати.

— Нет, я не любитель охоты, но лошадки тебе понравятся.

Да, лошадки, я уверена, понравятся больше, в отличие от Семена.

— Хорошо, мы это еще обсудим. Отвезешь?

— Я сделаю все, что желает леди.

Леди желала выпить еще и лечь спать. И пусть завтра болит голова, так леди будет знать, что она живая.

Инги все еще нет дома.

Через пару минут уже полночь, а моей мачехи все еще нет. Может быть, она уже давно кувыркается в постели с этим козлом. Может быть, она именно в этот момент отсасывает ему, стоя на коленях, прямо в прихожей, а он натягивает ее голову на свой член и протяжно стонет.

— Блядь!

Кидаю телефон на диван, упираюсь локтями в колени, запускаю пальцы в волосы, меня ломает, разрывает изнутри от ревности. Я нашел определение этому чувству. Оно, как едкая кислота, разъедает меня изнутри, уничтожая каждый орган.

Сижу в темноте в гостиной. Жду ее. Чтобы с порога задать пару вопросов. Уже миллион прокрутил в голове, даже подбирал варианты ее ответов, выстраивал диалог. Но от этого только больше себя заводил.

Решил отвлечься после разговора с Арнольдом, этот придурок совсем охренел, я ему устрою подкат, если он хоть на метр приблизится к Инге, не то что закадрить ее попытается, — закопаю в кустах роз у его предков в загородном доме. Пусть это делает с кем угодно, только не с ней.

Да, думал, отвлекусь. Но нет, ничего не вышло, даже скорость и дорога не помогли. Подъехал к дому, свет фар мазнул по припаркованному у подъезда автомобилю и тому козлу, который стоял, раскрыв зонт, встречая мою мачеху с букетом цветов.

На ней было короткое черное платье. Длинные ноги, высокие каблуки, она аккуратно ступала, стараясь не утонуть ножками в луже, пальто нараспашку, распущенные волосы, на губах легкая улыбка. Я все это видел, находясь от нее в нескольких метрах, нас разделяли стена дождя и мотоциклетный шлем.