Книга Отчим. Куколка для Монстра, страница 3 – Ольга Дашкова

— Что она здесь делает?! Я спрашиваю: что?!

— Черт… — Следователь морщится, представляю, как ему сейчас стремно.

— Вита, подойди ко мне! Тебе сделали больно? — Мужчина тянет ко мне руку — черная перчатка, крупная ладонь.

— Нет, нет… Не надо, не трогай меня… нет…

— Подойди ко мне, пойдем, все будет хорошо.

— Нет, нет, это ты! Это ты убил ее! Ты!

— Не говори глупости, дай руку, и пойдем! Мы во всем разберемся дома. — Несколько шагов — и он рядом, стальной хваткой до боли сжимая плечи. — Посмотри на меня!

— Это все ты, я знаю, это все ты виноват!

— Тихо, тихо, девочка, тихо.

— Отпусти.

Заставляет меня смотреть на него, сжав пальцами подбородок:

— Разве ты не поняла еще, что ты моя?!

— Это неправильно.

— Мне решать, что правильно, а что нет! Ты МОЯ, и никто не имеет права даже касаться тебя!

Молчу, ледяной взгляд холодом пробирает до костей. Все, что происходит после встречи с этим мужчиной, все неправильно.

Он решил разрушить мою жизнь, растоптать, лишить будущего. Но страшнее всего, он решил, что я принадлежу ему.

Я кукла для него — красивая, хрупкая, доверчивая.

Он монстр.

Он мой отчим.

«У каждого своя одержимость…»

За месяц до описанных в прологе событий

— Что там?

— Полный зал.

— Господи, я так волнуюсь, даже ладошки вспотели, не представляю, как мы будем танцевать выпускной спектакль!

— И я не представляю, а народ все идет и идет.

Девочки толпились около кулисы, подглядывая сквозь тонкую щель за зрительным залом, переминаясь в пуантах с ноги на ногу. Тонкие, легкие, красивые, как мотыльки.

— Туманова, ты готова? Мы надеемся, ты не облажаешься, как на последнем прогоне, а то стыдно будет запороть рождественский концерт твоим падением, но будет забавно, да, девчонки?

Блондинка перестала подглядывать за зрительным залом, посмотрела на меня. Разминаюсь в темном углу, не обращая ни на кого внимания. Со стороны может казаться, что мне совсем неинтересно, что там происходит и сколько собралось гостей, но это не так.

— Афанасьева, ты за себя волнуйся, смотри под ноги, мало ли что там будет рассыпано.

Даже не оборачиваюсь, не удостаиваю вниманием сделавшую колкий выпад блондинку, продолжая разминаться. Но волнение нарастает с каждой секундой… Плох тот актер, который не боится сцены, я боялась, но боролась с этим.

Положила влажные ладони на талию, чувствуя, как пот стекает по обнаженной спине, переживаю жутко. Мне дали главную роль, и ее нельзя исполнить плохо. Будет реально стремно, если я облажаюсь.

Странно, что руководство выбрало в качестве ежегодного благотворительного рождественского спектакля в этом году «Ромео и Джульетту», а еще странно, что именно я исполняю главную партию — повезло, можно сказать.

Такое себе было везение, но я должна показать всем, на что я способна, выложиться на сто процентов. Сделать первый шаг в будущее, в мир балета, в мир моей мечты, где я, безусловно, должна блистать на лучших сценах мира. И неважно, какие у тебя данные, нужно верить, идти вперед и ни на кого не обращать внимания, например на таких, как выскочка Афанасьева.

Но я еще не знала, даже предположить не могла, с кем меня ждет встреча этим вечером.

— Слушай, Туманова, все спросить хотела, это правда, что твой папаша был бандитом, и его грохнул киллер? А то слухи ходят разные. — Блондинка спросила как бы между прочим, понимая, что заденет, выведет меня из равновесия.