Книга Заговор братства, страница 89 – Арно Штробель

Фон Кайпен понял, что Глассманн ожидает его реакции и не отказал себе в удовольствии продолжать сидеть с непроницаемым лицом. Через несколько секунд профессор продолжил:

— Мое мнение по многим, даже по большинству вопросов изменилось. Должен признать, что по здравом размышлении я понял, что вы почти всегда были правы.

— Почти всегда, господин профессор? — спросил Фридрих, но Глассманн оставил это замечание без внимания.

— Хочу сказать, что жизненный опыт подсказал мне, что будет полезно иметь своего, именно своего, человека в Ватикане, до ушей которого, может быть, дойдут слухи, которые не будут услышаны членами братства. Предваряя упрек в том, что я действовал за вашей спиной, напомню еще раз: наши мнения по очень многим вопросам не совпадали. Я думал об интересах организации и исходил из ее безопасности. Для меня важно было только это, господин фон Кайпен. Как оказалось, я был прав.

Фридрих внимательно смотрел на своего собеседника и так же внимательно слушал его.

— Хорошо, профессор, об этом мы еще поговорим. Прошу сказать конкретно, в чем, по-вашему мнению, состоит опасность для симонитов.

Казалось, таким оборотом дела Глассманн был доволен.

— Мой человек, Петер, родом из Швейцарии. Его брат — заместитель командира швейцарской гвардии в Ватикане. Когда Петер потерял работу в фирме по электронике, брат предложил ему переехать и помог получить место среди гражданских сотрудников. Он принял это предложение. Со временем Петер подружился с одним молодым священнослужителем, а тот, в свою очередь, дружит с младшим секретарем конгрегации вероучения — они однокашники, вместе учились в Григорианском университете.

Петер и его молодой друг сошлись очень коротко и часто проводят свободное время вместе. У них оказалось немало общих интересов. Они разговаривают обо всем, что происходит в Ватикане, и мой человек иногда узнает важную информацию.

Три дня назад они ужинали, и этот священник рассказал Петеру, со слов младшего секретаря, кое-какие новости. Эти новости таковы. Начальник младшего секретаря, монсеньор, скажем, Н., начал служебное расследование, в котором, между прочим, речь идет о письмах из разных епархий, полученных конгрегацией вероучения в последнее время. Во всех этих посланиях говорится о священниках, открыто призывающих к модернизации церкви. Они упрекают курию и папу в том, что те держатся за пропылившиеся догмы и законы.

Глассманн сделал короткую паузу, чтобы подчеркнуть значение своих следующих слов.

— Это расследование, господин фон Кайпен, направлено против братства симонитов.

Ожидая реакции, профессор внимательно смотрел на Фридриха.

Но фон Кайпен не выглядел ни озадаченным, ни растерянным. В отличие от Глассманна, он не питал иллюзий, что деятельность организации, которой он руководит, может вечно оставаться скрытой от Ватикана. Больше того, он немало способствовал тому, чтобы там наконец забеспокоились.

Тем не менее Маг надеялся, что такие дела быстро не делаются и информация в курию будет поступать по мере того, как епископы на местах осознают, что происходит нечто необъяснимое. Да пока еще там поймут, что все это звенья одной цепи, и конгрегация сочтет нужным начать расследование… То, что оно уже идет, было очень некстати и требовало мгновенного изменения предыдущих планов. Однако Фридриха занимало и кое-что другое.