Книга Бывшая истинная генерала драконов, страница 59 – Наталия Журавликова

— Это символ моей любви к мезиру Алефу, – сказала Роза, потупив взор.

— Как трогательно! – восхитился Лекоб.

Теперь предстояло идти мне. А я едва могла шевельнуть пальцами левой руки.

11.3

Все чудеса, которые сотворяли мои соперницы, касались Алефа. Портрет, скульптура, семейный герб, горящие любовью сердца.

Как сложно думать, чем удивить требовательную публику, когда у тебя в голове стоит блок истинности, а рука болит до тошноты.

Превозмогая неприятные ощущения, я поднялась на сцену.

Королевская кровь, что бежит в моих венах, запуская сердце и питая тело, насыщена магией.

Я закрыла глаза и представила, что сейчас всем должно стать хорошо и радостно. Потому что мне самой хотелось как-то улучшить собственное состояние, но я этого не могла. Так пусть в окружающем мире будет гармония.

Подняв правую руку, я услышала, как мелодично звякнули надетые на запястье браслеты Алефа Ханли.

Пусть подует легкий ветерок, освежающий и чуть холодящий кожу. Возможно, с запахом мяты и лимона.

Я представила воронку, которая собирается в области моего сердца маленьким прозрачным смерчиком, раскручивается, покидая пределы тела.

Вот и ветерок. Свежий, как я загадывала. Я вложила в него солнце и гармонию, желание вызвать в душах зрителей чувства, от которых им станет хорошо. Сегодня и зрителей больше обычного, пусть они ощутят себя не просто безучастными гостями мероприятия, на которое и попали-то не с самого начала.

Послышались восхищенные вздохи и я открыла глаза.

Ветерок мягко обдувал зрительские места, и кроме запахов, он нес лепестки цветов.

Все это сопровождалось лирическим сопровождением оркестра.

Лепестки растворялись, не оставляя цветов, стоило им коснуться чьих-то волос или одежды, но оставались невредимыми, падая на полянку.

— Этот ветер несет бодрость! Великолепно! – сказал Брайт Ханли.

Остальные тоже оживились.

— Это ветер романтики! – сказала средних лет женщина, родственница семейства Ханли.

— Благодарю вас, Незабудка… мизи Лейла, – поправил сам себя Лекоб Штин, – что охватили вниманием всех присутствующих.

Слабо улыбнувшись, я отправилась за столик к остальным девочкам.

— Это было весьма поучительно, – заметила Джулия, – развлечь всех присутствующих, а не одного маркиза.

У меня уже не было сил до ответа, я только вяло кивнула. Ненавижу оковы метки, ненавижу Гриона Карца.

— Мезиру Алефу предстоит посовещаться с семьей, – сообщил Лекоб Штин, – финал отбора все ближе и решение стоит принимать не только сердцем, но и учитывать, насколько будущая супруга маркиза впишется в великолепную фамилию Ханли. Пока Ханли советуются, для вас сыграют музыканты, а официанты предложат легкие закуски от шеф-повара.

Вот и все, осталось дождаться, когда на сцену выйдет Алеф с браслетами.

Я прикрыла глаза, чувствуя, что у меня пульсирует левое плечо. Так хочется его размять. Но будет странно.

— Кто-то загордился, дале смотреть на нас не желает! – фыркнула Талана. – Если тебя похвалили, это ничего не значит. Вообще могли из жалости сказать, что ты молодец.

— Странные у вас в семействе Мелени отношения, – заметила Джулия. А Эльжбета хихикнула и поправила рыжую прядь за ухом.

Наконец, Алеф поднялся к нам.

Лекоб попросил всех пятерых подняться и выйти в центр сцены, в том порядке, как мы выступили.