Онлайн книга «Вестница твоей погибели»
|
— У тебя, наверное, много вопросов? — Талакар подкрался к Луне совсем беззвучно. Она дёрнулась от неожиданности, но её каменное лицо не выказало не единой эмоции. — Много времени потребовалось, чтобы отыскать способ запереть смерть. Кровь мёртвых и плоть ещё живых… Я нашёл чародея, который научил меня, как возвести тюрьму для самой Смерти. — Вот зачем тебе все те бедолаги в коридорах… и их конечности. — Плоть должна принадлежать живым, чтобы клетка не распахнулась. Когда умирают одни, я просто посылаю в город за другими. Чародей много знал о той стороне, но недостаточно… Я сам выяснил, как запереть Смерть, но не смог открыть проход на ту сторону. Поэтому теперь он тоже здесь, — наместник указал на два высохших зелёных глаза на краю ямы. — Стал частью своего же сооружения. Я закончил без него, нашёл ту, что имеет связь с миром мёртвых. Ты поможешь мне достичь истинного бессмертия, девочка. — Здесь смерть пляшет с жизнью… — произнесла она, глазея по сторонам. Лицо её ничего не выражало, хотя ноги задрожали. Луна опустила глаза и посмотрела на свои трясущиеся коленки. Её правый сапог топтал почерневшую человеческую кость — слишком тонкую, вероятно детскую, с резким срезом с одной стороны. Луна не могла позволить Талакару закончить начатое. Она ногой подбросила старую кость и тут же воткнула её себе в шею острым концом. Кость вошла не глубоко, под углом по направлению к ключице. Резкая боль пронзила тело, заставив пальцы дрогнуть, но следовало продолжать. Девушка, превозмогая себя, надавила что есть мочи, а затем выдрала её из своего тела, так и упав на пол с костью в руке. «Нужно было бить в глазницу», — последнее, о чём она подумала, проваливаясь во мрак. * * * …Белый свет сочился в каждую щель ветхой хижины. Над дверным проёмом колыхался сухой венок и звенели колокольчики, аккуратно вплетённые между засохших цветков. Пышные рыжие волосы сильно контрастировали с бледным потерянным лицом девушки. — Четвёртый раз я пытаюсь вытравить дитя, но оно продолжает расти внутри меня, — слёзный стон вырвался из её рта. — Не всякую жизнь можно оборвать, — тихо ответила женщина, выпроваживая зарёванную девушкой прочь из своей хижины. — Тебе больше не стоит пытаться. — Что же мне теперь делать? — прокричала она напоследок в закрывающуюся дверь. — Смириться… — последовал глухой ответ… …Двенадцать часов беспрерывных мук, пропитанная кровью и потом простыня. Девушка кричала без остановки, под конец её голос осип и превратился в хрип. Она умолкла лишь когда дитя заплакало, оставив её настрадавшееся тело в покое. — Здоровенькая, — произнесла повитуха, неся ребёнка матери, но та отказалась принять его на своей груди… …Прошло два дня, но она так и не приняла дочь. Положив её в солому на повозке, кричащую и плохо пахнущую, девушка отдала кобыле команду и та тронулась с места. Медленным ходом, она только к вечеру добралась до воды, тёплой, розовой в свете заката, без единой волны, будто затаившая дыхание в предвкушении кровавого дара. Девушка взяла младенца на руки, не как своё дитя, а как вещь, но не смогла опустить его в воду. Выбрав место без камней, она аккуратно уложила ребёнка на песок и побежала обратно к повозке в слезах, не оглядываясь… Солнце грело открытые плечи, а летний ветерок лизал длинные рыжие локоны. Луна чувствовала себя воздушной и лёгкой в этом бежевое платье. Такое простое на первый взгляд, но его мастерски дополняли многочисленные украшения: широкое ожерелье, браслеты на обоих запястьях и позолоченная диадема на голове. Она ещё не видела себя такой красивой и чистой как сейчас в отражении воды. Девушка спиной ощутила чьё-то присутствие, но оборачиваться не торопилась. Лишь когда шарканье подошв о высокую траву слышалось всего в паре метров, она поднялась на ноги. Позади себя она увидела женщину с пышными рыжими кудрями и глазами светлыми как небо. |