Книга Розовый космос Розы, страница 30 – Ада Николаева

Но как бы это ужасно ни звучало, именно благодаря занятости Брохонов у меня появился шанс незаметно облететь корабль и вернуться на него, только уже в нужную точку. Сначала я думала добраться до инженерного отсека и вручную отключить блокировку дверей, но затем поняла, что сделаю этим только хуже. Враги уже на позициях, я лишь впущу их в командный центр, куда захватчики и так, скорее всего, сейчас прорываются. Бойцы «Титана» не ожидают команды и не готовы оперативно выдвинуться на мостик, чтобы спасти офицеров, а потому им ни за что не успеть прийти на помощь вовремя, даже если двери откроются. Правильнее всего будет поднять вручную один единственный заслон на этаже казармы и самой выпустить солдат, объяснив им мой план. Командный центр останется запечатанным изнутри, но снаружи десант «Титана» атакует противников со спины. Они не станут ожидать нападения, поскольку будут заняты вскрытием завесы.

«Не слишком изящный план», — поругала саму себя.

Он поверхностный и в нём что угодно может пойти не так. Но я не стратег и тем более не солдат, а потому для меня логичнее всего выглядит план по освобождению людей, которые отвечают за безопасность крейсера, и передача миссии по спасению командиров в их умелые руки.

«Мощности и заряда джета Нирона должно хватить, чтобы я осуществила задуманное», — просчитала, подлетая к нужному месту на корпусе корабля.

Захватчики не заметили мою капсулу, можно сказать, что план уже работает.

«Должно быть это здесь». — Я почувствовала, как на лбу скопился пот, приклеивший к коже платиновую чёлку.

Я остановила джет напротив точки, где по моим расчётам располагался коридор технического обслуживания этажа, где, как правило, никого нет. Но если ошибусь и проделаю дыру прямо в казарме, то не только лишу «Титан» последней надежды на спасение, но и обреку на смерть в открытом космосе несколько сотен человек, запертых внутри. Этого я никак не могу допустить, но рискнуть всё равно придётся, ведь бездействие тоже не выход.

Гравитационные пушки, пригодные для устранения смоков, с лёгкостью справились с корпусом корабля, впустив меня внутрь, после чего я вздохнула с облегчением, поскольку не ошиблась в расчётах, вероятность чего была крайне высока, ведь я ещё плохо знаю крейсер. Однако всё получилось, и мой джет оказался в пустующем коридоре, где теперь была нарушена герметичность, но из-за отключённых систем безопасности никакого сигнала не последовало и моё прибытие в крыло казармы осталось незамеченным.

«Бинго! Пока всё складывается удачно, — подбодрила себя, но мандраж в руках только усилился. — С такими событиями я скоро стану адреналинозависимой».

Я больше не чувствовала учащённого сердцебиения, я стала им! Всё моё тело пульсировало в такт со страхом, в ушах стоял стук рвущегося из груди сердца и пот стал холодным. Я боялась, но знала, что смогу. Нет. Не так. Я знала, что должна суметь. Что бы я ни думала и ни говорила в порыве злости, меньше всего на свете мне хотелось бы увидеть смерть отца, смерть Нирона и остальных офицеров. А прямо сейчас больше никто не в силах им помочь.

«Нирон…» — в сознании всплыло самодовольное лицо лейтенанта Креоса и его бирюзовые глаза, в которых, как ни странно, всегда читалось тепло.

Открыв и закрыв за собой при помощи тяги джета ближайший заслон, чтобы отрезать отсек с нарушенной герметичностью, моя капсула двинулась дальше по коридору. Я и не надеялась, что такая громила долго останется незамеченной, но чего точно не ожидала — так это встретить отряд Брохонов за следующим поворотом. Если бы знала, оставила отсек открытым, и их всех унесло бы прочь с корабля.