Книга Клонированная, страница 2 – Ада Николаева

— Встань и покажись, – предложила вторая. – О, Боже. Что за целлюлит?

— А я о чем…

— Нам срочно нужно взяться за себя!

— Ты же знаешь, мы пробовали и не раз, – женщина плюхнулась обратно на диван.

— Знаю. И почему мы такие безвольные?

— Плевать, – скривилась Мила. – Что будешь готовить?

— Разморожу мамину лазанью.

— Эх, а я надеялась, что твои кулинарные навыки окажутся лучше моих.

— С чего бы? Я такая, какая была всегда.

— Ну да…

* * *

Молча ужиная слегка водянистой от переморозки лазаньей, женщины думали об одном и том же, не решаясь спросить друг друга. Вечер воскресенья подходил к концу и оставался всего один нерешенный вопрос – кто же пойдет завтра на работу?

— Кто на работу будет ходить? – грубо и резко выпалила одна из Мил.

— Думаю, будет честно, если по очереди, – моментально ответила вторая, заранее все решив в своей голове.

— День через день? – другая Мила думала о том же.

— Может неделю через неделю?

— А ты сама хочешь неделю ходить, пока я буду дома дрыхнуть? Я – нет.

— Не особо. Согласна, давай день через день.

Женщины снова притихли, сосредоточившись на поглощении пищи. Они думали об одном и принимали идентичные решения, которые полностью избавляли их от возможных конфликтов. Но подумав о конфликтах, они синхронно вспомнили о Виктории, которая всегда создавала перепалки из воздуха.

— Завтра эта дрянь опять что-нибудь ляпнет…

— Как у такой стервы вообще мужик появился?

— Сама удивляюсь, – фыркнула вторая. – С ее то носом.

— Нам бы кого найти, – осторожно произнесла другая. – Давно одни.

— Нет подходящих. Нет достойных.

— Это точно.

День 2

Зазвонил будильник. Одна из Мил была бесконечно счастлива, оставаясь в такую рань в постели, в то время как другая, проклиная все вокруг, собиралась на ненавистную офисную работу.

— Иди уже, – бубнила дремлющая женщина. – Хватит греметь, я же сплю.

— А я иду нам деньги зарабатывать, так что молчи!

* * *

В большом опенспейс офисе всегда стоял бедлам: много людей и шума, война за кондиционер и кофемашину, а также вражда между сотрудниками. Мила ненавидела это место все семь лет, что проработала здесь. Изо дня в день она говорила себе, что уйдет и изменит все в своей жалкой жизни. Так она утешала себя, но никогда ничего не меняла, потому что страшно боялась потерять то, что имела, не имея при этом ничего.

— Какой интересный тон у твоей помады, – усмехнулась писклявая и чрезмерно худая женщина в паре метров за узким столом. – Жаль, что она почти не видна на твоих тонких губах… Хотя цвет совсем не по возрасту, так что это только к лучшему.

— Все лучше, чем твой огромный нос, – огрызнулась в ответ Мила. – Помаду то можно смыть, а вот его ничем не убрать.

* * *

— Ну как дела на работе? – поинтересовалась женщина, просидевшая день дома.

— Сама будто бы не знаешь, – оскалилась вторая, стягивая с пухлых лодыжек сапоги. – Хорошо, что завтра твоя очередь. Что делала сегодня?

— Посмотрела третью часть Дневников Бриджит Джонс, – сообщила Мила, помогая убрать обувь.

— Без меня?

— И что? Мне тебя до вечера ждать надо было что ли? Захотела и посмотрела!

— Ладно, – не имея сил для спора, согласилась вымотавшаяся женщина. – Что на ужин?

— Я заказала пиццу.

— С нашими ляжками не жрать бы по вечерам пиццы.

— Ну и не ешь, – фыркнула она.