Книга Королева непослушания, страница 26 – Ада Николаева

— Я должна отсюда сбежать этой же ночью! — приказала самой себе, зашнуровывая кеды. — Даже если придётся лезть через забор с острыми пиками и пробираться сквозь волчий лес.

Внезапно воспоминания о волках и распахнутых в ту ночь воротах предстали в совсем ином свете. Что если… не может быть! Но в ту ночь было полнолуние… Какая чушь! Я отказывалась верить своим мыслям, хоть и была уверена в их подлинности. Я не сходила с ума и мне не привиделось. Вся эта болтовня о тайном обществе, секреты, контроль гнева… Невообразимым образом мозаика складывалась в цельную картину, в которую пусть и сложно поверить, но невозможно отрицать, когда видела всё собственными глазами.

Накинув на плечи пиджак и проверив в кармане смартфон, двинулась к двери, но у самой ручки остановилась. Развернулась и бросилась к окну. Второй этаж, но карниз широкий. Оба пути представляли собой разную степень опасности: выйду через дверь и меня может перехватить какая-нибудь дежурная санитарка. Выпрыгну в окно и покалечусь, не залечив прошлые ссадины и царапины. Поколебавшись несколько мгновений, всё же приняла решение выбираться через окно. В своей проворности я была уверена, а неуклюжестью никогда не страдала. К тому же как я собираюсь перелезть через высокий забор, если даже с обычным окном не справлюсь? Вот пусть и будет своеобразной разминкой.

Настежь распахнула окно и выглянула вниз, убедившись, что во дворе никого. Затем вылезла сама, упёршись ногами о карниз. Прыгать со второго этажа не опасно, хотя сломанная рука Миланы со мной бы поспорила. Однако уверена, что лучше контролирую своё тело, хоть сверху всё кажется выше, чем на самом деле. Никогда не страдала страхом высоты и тем не менее колеблюсь. Главное, не смотреть вниз. Развернулась лицом к палате и медленно повела ноги вниз, руками продолжая цепляться за оконную раму. Когда обе ноги свисали, принялась по одной перемещать руки на карниз. Цепляться за него неудобно, а в руках не столько сил, чтобы надолго удержать себя навесу. Не успела вторая рука оторваться от оконной рамы, как первая не удержалась за карниз, и я полетела вниз. От неожиданности взвизгнула, но благо негромко. Падение оказалось ощутимым и копчику понадобится время, чтобы восстановиться, но в остальном всё получилось. Хоть и убегала в кусты, шипя от боли и растирая пятую точку ладонью.

Старалась держаться поближе к забору, скрываясь за густой растительностью. В некоторых окнах ещё горел свет и это нервировало. Перебежками добралась до старого клёна с качелями, но прежде, чем лезть на дерево, всмотрелась в ворота, ведущие в лес. Увы, они снова были заперты. К главным воротам даже не видела смысла приближаться, слишком рискованно. Значит, клён.

Копчик ещё ныл, но я не жалеть себя сюда пришла. А потому невзирая на боль и скованность движений принялась взбираться на дерево. Кора оцарапала ладони, но это было терпимо. Зато когда соскользнула нога и колено прочесало шершавый ствол, я еле сдержалась, чтобы не запищать. Пришлось обойтись глухим шипением, хотя слёзы и скопились в уголках глаз. Сдирать коленки всегда неприятно, но оцарапать ещё незажившие прошлые ссадины стократ больнее.

Самое сложное оставалось впереди. Я преодолела толстый ствол, очутившись на основании одной из ветвей, а дальше она утончалась. Выдержит ли она мой вес, позволяя добраться до верхушки забора? На самом заборе не за что уцепиться, чтобы залезть по нему наверх, даже если забыть о пиках. Он представлял собой вертикальную решётку без каких-либо кованных узоров и выступов, куда можно было бы поставить ногу. Оставалось надеяться, что старый клён меня выдержит и подсобит в побеге.