Книга Укротитель для Рыжей, страница 25 – Любовь Черникова

— Скажи, тебе понравилось? Что ты почувствовала?

— Думала вытошнит! — поспешно выпалила она, но румянец выдал ее с головой.

— Врешь. Тебе понравилось. Иначе бы ты мне тогда не ответила. Но ты ответила. Целовалась как в последний раз, даже не зная кто я.

Своими шутками он точно забрался в самую глубину ее души. Вытащил наружу страшную тайну и размахивал ею у нее перед носом точно мальчишка-хулиган.

— Иди на хрен! Из-за тебя у меня паранойя! — обиженно выкрикнула она, не в силах достойно держать удар.

Слезы затуманили ее взгляд, вынуждая снизить скорость.

— Притормози-ка, — попросил Александр.

Она и сама была не против остановиться, не стоило вести машину в таком состоянии. Лера уставилась перед собой, стараясь дышать ровно и не расплакаться, но все же одна слезинка выкатилась, проделав влажную дорожку на щеке. Слишком много сегодня навалилось на ее хрупкие плечи. Тихо щелкнул отстегнутый ремень. Щенок был отправлен восвояси. Смирнов потянулся и стер влагу большим пальцем, осторожно повернув к себе ее лицо, едва ощутимо коснулся губами того места.

Как завороженная Лера наблюдала за его действиями и не шевелилась. Лишь когда его пальцы зарылись в ее волосы на виске и принялись тихонько поглаживали, она прикрыла веки и неосознанно прижалась к его ладони. Застыла чуть приоткрыв рот и переживая целую бурю незнакомых доселе ощущений, от которых подгибались пальцы на ногах, а мурашки устраивали форменную эвакуацию, бесконечно сбегая по спине.

Он не стал ее разочаровывать и поцеловал. Его губы оказались необыкновенно нежными и упругими одновременно. Лера сначала не ответила, но только потому, что испытываемые ощущения были так сильны, что ошеломили ее. Она вдруг поняла, что никогда не целовалась по-настоящему, все, что было раньше, можно считать баловством. Сейчас у нее кружилась голова и не хватало воздуха. Наконец, выпустив руль, она повернулась, насколько позволял ремень, и обняла мужчину.

Его язык настойчиво проник в ее рот, принялся ласкать, подначивая на борьбу. Толкая, гладя, посасывая. Исследуя каждый уголок. Поцелуй становился глубже, опаснее. Лера словно забыла себя, растворяясь в нем. Грудь до боли передавил пристегнутый ремень безопасности, но она не замечала его. Бабочки в животе устроили такую вакханалию, что она стиснула плотнее бедра, чувствуя приятные жар, разливающийся внизу живота. Александра, поглаживал ее горло, другой рукой обнял ее, но и от этой нехитрой ласки в небе вспыхивали новые звезды. Лера впилась в его куртку пальцами, точно стремилась проткнуть плотную ткань, чтобы ощутить теплую кожу. Не в силах выносить пытку удовольствием она испустила тихий стон.

Он отстранился первым, оставив легкое чувство разочарования. Выпрямился на сидении и ошалело усмехнулся.

— Надо бы притормозить, а то мы так никуда не доедем.

Лера хотела было высказать, что не собирается с ним спать. Даже гневно уставилась, но наткнулась на взгляд темно-карих глаз, и осеклась, вспомнив, что было во время поцелуя. С Виком рядом она никогда не ощущала ничего подобного, хотя с ним она и не целовалась. Он не позволял, да и до недавнего времени она не осмеливалась пытаться.

Ей вдруг захотелось узнать побольше об Александре.

Впервые с самого детства ей стал настолько интересен другой мужчина. Узнать бы хоть половину того, что он знает о ней. Ей хотелось увидеть его домашнего. Как он ходит дома, в трусах или халате? Поет ли в душе? Что любит на завтрак? Какие фильмы смотрит? Что предпочитает в сексе? Захотелось ощутить большее и от этого желания она залилась краской и опустила взгляд.