Книга Клятва дракона, или Строптивая невеста, страница 10 – Любовь Черникова

Человек на мостовой шевельнулся, и я мысленно выдохнула. Все-таки не умер!

Негодяи, а иначе этих отморозков назвать было нельзя, оживленно загомонили в предвкушении развлечения. Я не выдержала и схватила возницу за локоть:

— Батмор, сделайте же что-нибудь, а!

— Нет уж, эшшери! Мне моя жизнь дорога, а эти уб… Кхм! – Он покосился на меня и поправился. – Эти люди – отпрыски знатных столичных родов. Нам лучше не отсвечивать вовсе. Может, и не обратят на нас внимания.

Это была самая длинная тирада, которую я сегодня услышала от возницы пансиона имени Терезы Великодушной.

— Но так же нельзя! – неуверенно возразила я, не сводя глаз с людей на дороге.

Задира Микаэль нагнулся и схватил пострадавшего за волосы, густые темные с контрастными светлыми прядями. Их обладатель неожиданно резво вскочил, одновременно стиснув горло задиры, и приподнял того на вытянутой руке. Да так, что ноги от земли оторвались!

Я даже привстала на сидении, удивленная такой прытью и силой.

— Хочешь, чтобы я извинялась перед тобой, сморчок? Я, дочь ярла Хедвина с Побережья Острых Клинков?!

Голос оказался низким, но определенно женским!

Незнакомка стояла ко мне в профиль, и несмотря на мужской наряд, особенности женской фигуры отчетливо выделялись спереди. Приличные такие, надо сказать, особенности! Это девушка! Ошибки быть не могло. Высокая и крепкая, ростом чуть выше, чем задира, ноги которого беспомощно болтались над землей, она с видимой легкостью удерживала Микаэля за горло. Парень судорожно цеплялся за ее руку и хрипел, пытаясь высвободиться.

Судя по тому, что я успела услышать, эта силачка была северянкой и соотечественницей Аудбьерна Страйка, одного из побратимов мужа моей единокровной сестры. Не знаю, чем дочь ярла Хедвина так насолила этим ребятам, но то, что они творили, выходило за рамки дозволенного.

— Батмор! Батмор! Мы обязаны ее выручить! – заволновалась я, не представляя, что могу сделать против шестерых магов.

— Эшшери, успокойтесь, я вас умоляю! – прошипел возница, не желая вмешиваться в разборки богатенькой молодежи.

Тем временем опешившие от такой прыти недавней жертвы хулиганы вернули самообладание.

— Отпусти Микаэля! – взвизгнул тот, которого называли Занозой.

А самый мощный и широкоплечий из всех вдруг зарычал и бросился в драку. Я вскрикнула от неожиданности, полагая, что он сейчас затопчет северянку, которая была все же более хрупкой, чем этот шкаф с антресолями. Но незнакомка оказалась быстрее. Отшвырнув Задиру подальше, так, что он грохнулся спиной на мостовую, она извернулась и встретила Громилу прямым ударом ноги в голову. Тот, словно сбитый тараном, молча повалился навзничь, а на северянку набросились сразу трое. Субтильный Заноза в драке не участвовал, только наводил суеты криками:

— Кровь! У тебя кровь! – вопил он, уставившись на оглушенного здоровяка.

Тот уже поднимался, прижимая руки к разбитому лицу и недобро поглядывая в сторону дерущихся.

— Заткнись! – Отвесил он подзатыльник крикуну, и тот захлебнулся следующей тирадой.

Прежде чем я решилась сделать хоть что-то, северянка раскидала троицу, но далось ей это непросто. Она тяжело дышала и берегла левый бок, а на нее уже надвигался пунцовый от ярости Здоровяк. Остальные тоже подтягивались, морщась и потирая ушибленные места. Казалось бы, самое время сбежать, пока еще есть хоть какой-то шанс, но северянка и не помышляла делать ноги.