Книга Цена невинности, страница 85 – Любовь Черникова

Так и выходит. Просыпается. Осознает. Хватает меня за лодыжку и резким рывком дергает.

Не ожидая от похмельно пованивающего полутрупа подобной прыти, падаю на спину. Поганец тут же усаживается сверху, ловко фиксируя мне руки над головой. Стальная хватка пальцев на запястьях, скорость, с которой он переходит ото сна к бодрствованию…

А гость-то не так прост! Будет сложнее, чем я полагала.

Лицо парня в считаных сантиметрах от моего кажется особенно блеклым из-за белесых бровей и ресниц. Тусклые голубые глаза, неприятного землистого оттенка кожа… Отдалённо он похож на диатрианца, но бесцветность этой расы воспринимается яркой особенностью, но здесь – все с точностью наоборот.

— Ммм, горячая крошка, как по заказу! – голос хриплый спросонья. – Но с утра я предпочитаю ласки понежнее. Лучше начни снизу, детка.

Свои слова он сопровождает однозначным движением таза и… получает коленом прямиком в напряженное хозяйство.

Запрещенный прием? Да ни чуть!

Кривясь от отвращения, спихиваю с себя тяжелое подвывающее тело и соскакиваю на пол. Удовлетворенно отмечаю, что гаду очень больно и, вздохнув, ласково так предлагаю:

— У тебя есть все шансы уйти с миром, пока я добрая. Считаю до трех! Два… – сцеживаю в кулак зевок.

Как же спать хочется…

Искаженное болью и злобой лицо обращается ко мне. От полыхнувшей в блеклых глазах ярости внутренне вздрагиваю. Укорив себя за этот испуг, улыбаюсь пошире. Кастильеро надлежит выглядеть уверенно, даже когда в душе полный кавардак. Отец годами вбивал эту мысль мне в голову, и я усвоила ее ценность.

А мой гость, баюкающий в ладонях самое драгоценное, уверенным не выглядит.

— Чего лыбишься, шлюха? – рычит он сдавленно. – Я сошлю тебя обслуживать шахтеров на Сорусанте!

Хм? А знатно я его приложила! Может, даже поломала чего-то из ненужного, раз так сильно ругается.

— Три! – чеканю холодно, игнорируя его нелепую угрозу.

Нахал и не думает подчиниться. Вместо этого стекает на пол и садится спиной к кровати. Совсем как Рейн вчера. Только вот Аделхарду я искренне сочувствовала, а этому… Нет, все-таки маловато я его отоварила. Пожалела убогого, а зря. Надо было сильнее отделать, чтобы говорить смог только о лазарете.

А что? Я в своем праве. Он ведь мне насилием угрожал, это легко доказать, если посмотреть записи охранной системы.

— Понятно, – киваю сама себе. – Намеков мало. Объясняю в последний раз. На пальцах. Я – Арелия Кастильеро, и это – мой пентхаус, – обвожу руками пространство. – Вон пошел!

Блеклый, потихоньку пришедший в себя, похабно шарит по моей фигуре взглядом, не торопясь выполнять приказ. От такого непочтения я потихоньку зверею. Вместо сна трачу драгоценное время на то, чтобы его вышвырнуть, да еще и постель придется менять!

Парень продолжает с интересом рассматривать меня, склонив голову набок. Его взгляд мерзкий, точно слизень медленно ползет по моему телу сверху вниз и обратно. Готова поклясться, в тусклых глазах мелькает торжество.

— Чего уставился? Совсем тупенький? Медиа не смотришь?

— Значит, Кастильеро? – игнорирует он мой очередной выпад. – Раз так, позволю тебе остаться. Вдвоем веселее будет и, пожалуй, приятнее.

— Что значит, позволишь?! – от подобной наглости едва не задыхаюсь. – Нет, ты точно псих. Нормальный бы уже обос… Кхм! Бежал, теряя тапки.