Книга Генерал черных драконов. Попаданка с довеском для Хозяина Запределья, страница 16 – Любовь Черникова

Не знаю, права ли я была в своих ревнивых мыслях, но в том, что это мой Сашка, я точно была права. Впервые взяв на руки сына, я чувствовала нечто невероятное. Он был такой… Такой маленький, но одновременно крепкий и сильный! И он так нуждался во мне, а я — в нем.

Наевшись, Сашка уставился на меня огромными, похожими на мои, глазенками, только темно-синими. Смотрел он спокойно и уверенно, словно говоря: «Держись, мама! Мы еще им всем покажем!»

— Обязательно покажем, сынок! — прошептала я тихо и улыбнулась собственной фантазии.

Неожиданно беззубый рот сына сложился в подобие улыбки.

Это правда? Он мне улыбнулся? Изумленно я смотрела на ребенка и не могла вспомнить, что читала на эту тему? Умеют ли дети улыбаться в таком раннем возрасте или нет? Да какая разница! Мой сын счастлив оказаться у меня на руках! Со мной рядом. Я это отчетливо чувствовала.

— Сынок, мы теперь будем вместе. Я никому тебя не отдам! — пообещала я, и слезы набежали на глаза.

В горле встал ком, который не давал вымолвить ни слова.

Анисья смотрела на меня со смесью тревоги и умиления, но мне отчего-то не хотелось ее внимания, поэтому я жестом велела ей оставить нас. А после устроилась поудобней на кровати, положив задремавшего Сашку рядом. Я не могла наглядеться на сына. Он был такой миленький! Я погладила светлые, с теплым серебряным отливом, волосы, довольно длинные для младенца. Перебрала крохотные пальчики на ручках...

Слезы умиления и счастья затуманили мой взор, и сквозь них я вдруг увидела золотистые нити, протянувшиеся от ребенка ко мне. Их было так много, что они показались сплошным потоком света. Золотого солнечного света! Но стоило проморгаться, как этот свет исчез.

— Что еще за шутки? — пробормотала я в недоумении.

И, подумав, попробовала рассмотреть этот свет снова. Глядела так и эдак. Прикрывала по очереди глаза, и у меня получилось! Нужно было посмотреть из-под ресниц особым образом, словно в расфокусе.

— Как интересно! Но что это значит?

Естественно, Сашка мне не ответил, он мирно посапывал рядом. Я еще немного поумилялась его малюсеньким носиком-кнопочкой. Крохотными, но такими хваткими, пальчиками — он стиснул мой палец и не желал отпускать. Аккуратно, чтобы его не побеспокоить, я переложила на дальний край кровати одну из подушек, а сама сдвинулась к другому, да так и задремала, прислушиваясь к дыханию ребенка.

— Лена? — позвал меня нежный смутно-знакомый голос.

Я резко распахнула глаза и обнаружила, что стою посреди белоснежного ничто. Ничто колыхалось, перетекало словно дымка, а напротив меня, точно отражение в зеркале, стояла я сама — та, которой была в своем мире.

— Я Эления. Точнее, это ты теперь Эления, а я — Лена. Ты — это я, а я — это ты. Все так странно перепуталось… — Девушка виновато улыбнулась.

— Мы… поменялись телами? — предположила я, слегка растерявшись, и отметила, что голос у меня сейчас мой прежний.

— Прости. Мне было очень страшно, и я молилась всемогущей Геретте. Двуликая услышала, и вот...

Так значит весь этот обмен телами — результат молитв перепуганной Элении? Она слиняла от проблем, а мне теперь их расхлебывать?

— Но я-то не молилась! — ответила я слегка обиженно.

В душе поднялось возмущение. И еще мне не понравилось это ее: «Мне было очень страшно...»