Книга Ворона в гареме. Книга 2, страница 74 – Коуко Сиракава

Девушка положила листок с именем в огонь. Опустила туда и пустой листок, на котором ничего не было написано. Бумага медленно загорелась. Шоусюэ вытянула над пламенем руку. Язычки вытянулись вверх, обнимая ее пальцы. Жара не было, было лишь слабое тепло. Шоусюэ собрала пламя в руке, крепко сжала, потом раскрыла пальцы. С ладони вспорхнула птица. Маленькая птичка, розовая, почти прозрачная… Иногда ее очертания колебались, словно язычки пламени. Сильными взмахами крыльев птичка набирала высоту – вот она уже выше деревьев, вот скрылась из виду… Она сопроводит душу погибшей за море. Если, конечно, девушка не стала духом.

Шоусюэ взяла поднос и вернулась в покои. Там Цзюцзю наводила порядок на столе.

— Вы жгли сыюй? – спросила она, взяв в руки листок. – За упокой души погибшей?

Не только Ворона-уфэй, но и обычные люди на погребальных церемониях сжигают сыюй. Хотя превратить пламя в птицу и сделать ее проводником души умеет только она.

— Госпожа, не изволите переодеться? Цзюцзю открыла балдахин. Шоусюэ взяла платье.

— А в этом одеянии так хорошо!

В одежде евнуха было очень ловко двигаться. Но Цзюцзю горячо заявила:

— Так нельзя! Вы и в мужской одежде красивы, но все-таки жуцюнь вам больше идет!

— Правда?

Шоусюэ решила не протестовать. В такие моменты с Цзюцзю лучше не спорить.

Когда она переоделась за занавесями, пришел И Сыха с Синсин на руках. Мальчик выносил птицу во двор для песчаных ванн.

— Ты ведь не ходил в лес?

Зверя, убившего женщину, до сих пор не нашли. И Сыха ответил:

— Нет, госпожа. Я был за домом. Синсин сама не хотела идти в лес.

— Правда?

Шоусюэ посмотрела на смутно видневшуюся сквозь занавеси птицу. В последнее время та вела себя очень тихо… Закончив переодеваться, Шоусюэ вышла из-под балдахина и увидела, что И Сыха стоял на коленях, не поднимая глаз.

— Что с тобой? – спросила она.

— Простите, госпожа, – сказал он, посмотрев на нее.

Его щеки чуть порозовели.

— Вы переодевались, поэтому он не должен был смотреть в вашу сторону, – пояснила Цзюцзю.

— Вот оно как? – проговорила Шоусюэ.

Служанка недовольно посмотрела на нее:

— Госпожа, нельзя же совсем не иметь никакого стыда!

Шоусюэ с досадой подумала: «Что тут стыдного?» Она же переодевалась под балдахином… Когда людей становится больше, приходится запоминать много нового. Это доставляет много хлопот, но зато узнавать новое интересно.

— Перед нами, слугами, можно не стыдиться, но перед его величеством так вести себя нельзя. Вы ведь и перед ним спокойно переодевались, госпожа, помните?

— Правда? Не помню.

— Ну знаете… – проворчала Цзюцзю.

Из кухни появился Вэнь Ин. За ним шла Хунцяо.

— Ты быстро, Вэнь Ин…

Евнух поклонился хозяйке. Сразу видно, что его начальником был Вэй Цин – каждое движение юноши выглядело выверенным и гармоничным.

— По вашему приказу я опросил окружение госпожи Сороки. Работа пока не закончена, я пришел с предварительным отчетом.

Шоусюэ кивнула, поощряя его продолжать.

— Несколько месяцев госпожа Сорока не встает с постели. Говорят, что ее старший брат внезапно скончался и из-за этого госпожа пребывает в унынии. Сейчас за ней ухаживают несколько прислужниц, а придворных дам и евнухов она к себе не допускает. Только вот…

Словно передумав рассказывать, Вэнь Ин замолчал.

— В чем дело?