Книга Покой нам только снится, страница 21 – Анастасия Рафаенко

Су Чж­э­нь, по­льщен­ный тем, что «ди­ка­ри на­ко­нец оце­ни­ли его мир­ную по­ли­ти­ку», лич­но вы­шел на пе­ре­го­во­ры в со­про­вож­де­нии лишь двух те­ло­хра­ни­те­лей и пе­ре­вод­чи­ка. Вар­ва­ры пред­ло­жи­ли сле­ду­ю­щий «об­мен»: они вер­нут угнан­ный скот и обя­зу­ют­ся не на­па­дать на форт в те­че­ние го­да, ес­ли Су Чж­э­нь пе­ре­даст им трид­цать меш­ков зер­на, два­дцать ру­ло­нов шел­ка и... сам по­ки­нет долж­ность, усту­пив ко­ман­до­ва­ние «то­му се­до­му во­и­ну, что чи­стит ло­ша­ди­ное дерь­мо», то есть сме­щен­но­му за­ме­сти­те­лю. Су Чж­э­нь, ре­шив, что это наг­лая про­во­ка­ция, от­ка­зал­ся и по­пы­тал­ся про­ци­ти­ро­вать клас­си­че­ский трак­тат о до­сто­ин­стве пра­ви­те­ля. Вар­ва­ры не ста­ли слу­шать, они про­сто раз­вер­ну­лись, угна­ли еще пять­де­сят ло­ша­дей пря­мо с паст­би­ща у стен фор­та и ис­чез­ли в сте­пи.

Су Чж­э­нь, вер­нув­шись в кре­пость, на­пи­сал гнев­ное пись­мо Наслед­но­му Прин­цу, об­ви­няя «са­бо­таж­ни­ков из ро­да Чжао» в том, что они тай­но под­ку­пи­ли вар­ва­ров, дабы опо­ро­чить его, Су Чж­эня, без­упреч­ную ре­пу­та­цию. Он тре­бу­ет рас­сле­до­ва­ния и каз­ни «тор­га­шей, пре­дав­ших ин­те­ре­сы Ве­ли­кой Янь ра­ди гряз­ной на­жи­вы»».

Поз­во­ляю се­бе на мгно­ве­ние за­крыть гла­за, на­сла­жда­ясь аб­сурд­ной, по­чти опер­ной гро­теск­но­стью си­ту­а­ции. Вар­ва­ры – те са­мые «ди­кие ко­чев­ни­ки без куль­ту­ры», ко­то­рых сто­лич­ные ари­сто­кра­ты изоб­ра­жа­ют на свит­ках в ви­де урод­ли­вых де­мо­нов с клы­ка­ми, – про­яви­ли боль­ше здра­во­го смыс­ла и стра­те­ги­че­ско­го мыш­ле­ния, чем на­зна­чен­ный Им­пе­ра­то­ром глав­но­ко­ман­ду­ю­щий. Они не ста­ли штур­мо­вать форт, те­ряя лю­дей, а про­сто пред­ло­жи­ли сдел­ку, чью ло­ги­ку по­нял бы лю­бой тор­го­вец на ба­за­ре: мы воз­вра­ща­ем ва­ши ко­ро­вы и не тро­га­ем вас, ес­ли вы убе­ре­те это­го иди­о­та и да­ди­те нам немно­го про­ви­ан­та.

Но Су Чж­э­нь, ослеп­лен­ный гор­ды­ней и ис­кренне ве­ря­щий, что ци­та­та из трак­та­та трех­сот­лет­ней дав­но­сти спо­соб­на оста­но­вить го­лод­ных во­и­нов, от­ка­зал­ся. И те­перь об­ви­ня­ет в сво­ем про­ва­ле… нас. Встаю, рас­прав­ляя пле­чи, и мед­лен­но иду к ок­ну, вы­хо­дя­ще­му на внут­рен­ний двор, где отец, чья «смер­тель­ная бо­лезнь» се­го­дня уди­ви­тель­ным об­ра­зом поз­во­ли­ла ему про­ве­сти утрен­нюю тре­ни­ров­ку с але­бар­дой, ме­то­дич­но ру­бит воз­дух, от­ра­ба­ты­вая уда­ры с точ­но­стью хи­рур­га. Ма­туш­ка си­дит в те­ни па­ви­льо­на, по­гру­жен­ная в изу­че­ние оче­ред­но­го гросс­бу­ха, ее кисть вы­во­дит столб­цы цифр с без­жа­лост­ной эле­гант­но­стью кал­ли­гра­фа, вы­пи­сы­ва­ю­ще­го смерт­ный при­го­вор. Брат Чэ­нь, несмот­ря на «от­пуск», раз­би­ра­ет стоп­ку су­деб­ных пре­це­ден­тов, его ли­цо невоз­му­ти­мо, как мас­ка из бе­ло­го неф­ри­та.

Се­мья Чжао – не бун­ту­ет, не пле­тет за­го­во­ров и не под­ку­па­ет вар­ва­ров. Мы про­сто де­ла­ем свою ра­бо­ту – счи­та­ем день­ги, за­та­чи­ва­ем ме­чи и за­пи­сы­ва­ем за­ко­ны. А мир во­круг ру­шит­ся не по­то­му, что мы его ло­ма­ем, а по­то­му, что те, кто обя­зан его под­дер­жи­вать, слиш­ком за­ня­ты со­чи­не­ни­ем од о ве­сен­нем цве­те­нии, что­бы за­ме­тить, что фун­да­мент сгнил.

К по­лу­дню в глав­ный зал по­ме­стья вва­ли­ва­ет­ся де­ле­га­ция из Во­сточ­но­го Двор­ца. Во гла­ве – стар­ший ев­нух Ми­ни­стер­ства Двор­цо­вых Дел, чье ли­цо по­кры­то ис­па­ри­ной, несмот­ря на зим­ний хо­лод, а ру­ки, сжи­ма­ю­щие сви­ток с им­пе­ра­тор­ской пе­ча­тью, дро­жат так, слов­но он несет не бу­ма­гу, а ядо­ви­тую змею. За его спи­ной – трое млад­ших чи­нов­ни­ков, чьи взгля­ды ме­чут­ся по за­лу, из­бе­гая встре­чать­ся с мо­и­ми гла­за­ми.