Книга Первый мороз. Книга 1, страница 78 – Чжу И

— Потому что в первый учебный день учитель попросил нас написать свои имена в тетрадях, – с улыбкой пояснил Сян Лан. – Но Ифань тогда училась очень медленно. Она умела писать только свою фамилию и помнила из имени всего две точки^[24].

— Так что в первые дни учебы она каждый раз писала свое имя как две точки. – Чжун Сыцяо изобразила пальцами «丶丶».

Вэнь Ифань почувствовала неловкость, опустила голову и сделала глоток воды.

Су Хаоань на мгновение опешил, а потом разразился смехом. Когда он так смеялся, то обычно не мог сдержаться и хлопал кого-то рядом. На этот раз «пострадавшим» оказался Сан Янь.

— Черт, как это смешно!

Сан Янь, выглядевший явно раздраженным, холодно спросил:

— Ты нормальный?

— Ну почему ты такой злой? – Су Хаоань неуверенно отдернул руку и вздохнул. – Знаете, я вам даже завидую. Мой самый старый друг – вот этот неблагодарный Сан Янь. Но с его характером… вы понимаете. Я очень страдаю. Честно.

Слово «страдаю» вызвало у Вэнь Ифань легкую усмешку, уголки ее губ едва заметно изогнулись. Эта ситуация необъяснимым образом напомнила о ее первой встрече с Сан Янем. Она подняла глаза и неожиданно пересеклась с его холодным и оценивающим взглядом. Вэнь Ифань моргнула и опустила голову, внутренне немного напрягшись.

Весь ужин прошел на удивление гармонично.

Су Хаоань не давал им погрузиться в тишину ни на секунду – бо́льшую часть времени говорил именно он, при этом активно справляясь с едой. Все это он умудрялся делать одновременно, без малейших заминок.

Вэнь Ифань ела совсем понемногу, больше для приличия. Она редко ужинала. Изначально это было связано с тем, что у нее неважный аппетит и девушка почти никогда не ощущала голода. Из-за работы она часто забывала про еду, а в выходные, когда была дома, ей просто лень было что-то готовить. Со временем ужин исчез из ее распорядка. Однако во время выездов на интервью Вэнь Ифань всегда носила с собой в сумке несколько энергетических батончиков на случай, если потребуется пополнить силы.

После ужина вся компания на машине отправилась на «улицу падших». Их целью был бар «Сверхурочные», тот самый, который своим внешним видом больше напоминал парикмахерскую. Знакомая Вэнь Ифань черная вывеска выделялась среди ярких и пестрых огней соседних заведений.

В баре гремела тяжелая музыка. Только они переступили порог, как на них словно подул горячий ветер. Сан Янь сразу направился к барной стойке, собираясь оставить компанию. По пути он бросил кому-то:

— Проводи их наверх.

Однако далеко уйти ему не удалось, друга тут же схватил за руку Су Хаоань.

— Эй, ты куда намылился? Мы тут собрались с одноклассниками, могли бы поболтать подольше. И вообще, если будешь вертеться у барной стойки с таким кислым лицом, все гости разбегутся.

Су Хаоань проводил их к столику на втором этаже, расположенному в центре. Мягкая мебель была расставлена в форме буквы U, девушки сели в центре, Су Хаоань и Сан Янь заняли места слева, а на противоположной стороне расположился Сян Лан. Теперь, в отличие от ужина, рядом с Вэнь Ифань был Сан Янь, а Сян Лан – рядом с Чжун Сыцяо.

Сан Янь расслабленно откинулся на спинку дивана, напоминая безвольную, небрежно брошенную на диван тряпичную куклу. На нем была ветровка с высоким воротом, прикрывающим подбородок, а на лице отражалась усталость, граничащая с полным изнеможением.