Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 54 – Виолета Рид

«Нашел время думать об этом», – одернул я себя.

Воспользовавшись тем, что Рэйчел не смотрит, я покачал головой и уставился в окно, пока резкий писк микроволновки не уведомил меня о готовности еды.

— Значит, ты живешь здесь… – сказала она, когда я сел напротив, – в своем особняке прямиком из романа эпохи Регентства.

— Это не старинный особняк.

— Да, верно… Он скорее похож на дом Калленов, чем на поместье мистера Дарси.

Я уже собирался ответить, но ее телефон пискнул, и она тут же отвлеклась. Пока она смотрела в экран, я заметил родинку на левой стороне шеи, чуть ниже уха.

— Так, я снова с тобой, – сказала Рэйчел, отложив телефон на стол. – Как я и говорила: живешь тут в уединении со своим воображаемым котом… Тебе не скучно?

— Нет. Здесь я нахожу покой, который мне нужен, чтобы работать. И Перси не воображаемый – просто он не любит общество.

— Как предсказуемо, – пробормотала она. Я приподнял брови, побуждая ее продолжить, и спокойно прожевал спагетти. – Ну а что? Логично, что кот по характеру похож на тебя. Если бы я не видела миску, решила бы, что ты его выдумал.

Рэйчел тихонько рассмеялась, а я сосредоточился на том, чтобы аккуратно накрутить спагетти на вилку. Еe телефон снова запищал, и она отложила приборы, чтобы ответить.

— Для такой фанатки регентских романов у тебя проблемы с этикетом, тебе не кажется? – усмехнулся я.

— Что?

— Даже за едой не можешь отложить телефон? Что, твой парень без тебя жить не может? – поддел ее я.

— Это Дэвид, – уточнила она, скривившись.

— Ты встречаешься со своим боссом? – Я распахнул глаза от удивления.

— Что? – Она с ужасом покачала головой. – Конечно нет! Но сейчас рабочее время – логично, что я должна отвечать.

— Дэвид не умрeт, если ты ответишь ему через пять минут. Скажи, что работаешь с его любимым автором и хочешь спокойно поесть.

— Да, конечно… – Она закатила глаза. Затем воткнула вилку в креветку и сконцентрировалась на еде. Мой комментарий явно вызвал неловкость.

— Что ты имела в виду раньше насчет Брендона Сандерсона? – спросил я в попытке сменить тему.

— Ничего. – На еe лице мелькнула насмешливая улыбка. – Просто я так и знала, что твоей любимой окажется «Источник Вознесения».

— Не угадала.

— Правда? И какая же тогда? Подожди, не говори. – Она подняла руку, чтобы я молчал. – «Последняя империя»?

Я покачал головой.

Задумавшись, она слегка наклонилась. Спустя мгновение она потянулась к кулону, и мой взгляд снова невольно скользнул к родинке у неe на шее.

— «Путь королей»? – предположила она, и я очнулся.

— Нет. Моя любимая – «Давший клятву».

Рэйчел недоверчиво посмотрела на меня.

— Ну конечно. Твоя любимая явно не могла быть как у всех. Похоже, ты из тех снобов, которые начинают ненавидеть книгу, как только она становится популярной.

Судя по ее насмешливому взгляду и язвительному тону, она явно меня осуждала.

— Ошибаешься, ну да ладно, дай угадаю твою… Итак… передо мной неисправимая романтичная душа, – я указал на Рэйчел, – со слабостью к невозможным историям любви. «Гордость и предубеждение», да?

— Нет, – ответила она, довольная моим промахом.

— Понятно… «Доводы рассудка»? «Чувство и чувствительность»?

— Нет и нет.

— М-м-м… «Эмма?»

Она снова покачала головой.

— «Нортенгерское аббатство»? Неужели Джейн Остин – не твоя любимая писательница? – Я прищурился, когда она ответила отрицательным жестом. – Да ладно, в это никто не поверит. Ты точно из таких… Это было видно вчера в аэропорту. Ты едва в ладоши не захлопала от восторга, когда тот идиот вручил своей девушке цветы и конфеты.