Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 192 – Виолета Рид

Она встала, а я потянулся к ее губам. Не прошло и секунды, как она избавила меня от футболки и брюк.

Я коснулся большим пальцем ее соска, и она застонала. Опустившись перед ней на колени, я стал целовать ее ноги, стягивая с нее трусики. Кожа покрылась мурашками, когда мои губы проделали путь вверх. Я прижался ртом к ее паху, и у нее вырвался прерывистый вздох.

Не знаю, кто из нас хотел этого больше.

Она пошатнулась, когда я провел языком между ее ног.

— Уилл… – Она сжала пальцы в моих волосах и подалась бедрами вперед. – Я представляла именно это… в издательстве.

— Что?

— Что ты придешь туда и сделаешь то же самое.

Ее голос был пропитан желанием. Я понял, что она говорит о своей фантазии.

— И что еще я делал? – спросил я, прежде чем снова наброситься на нее.

— Ты говорил со мной по-испански… и называл меня… сеньорита Гарсиа.

Последние слова сорвались у нее посреди стона.

«Вот это да, мисс Правка…»

Я ускорил ритм, с которым ласкал ее языком.

Внутренне улыбнулся, когда у нее задрожали ноги и мне пришлось придержать ее за бедра. Ей нравилось то, что я делал. Отлично. Только это имело значение. Каждый ее стон отзывался вибрацией во всем моем теле.

Когда ее дыхание стало тяжелым и сбивчивым, я ввел средний палец. Она издала такой громкий стон, что меня это безумно возбудило. Как вообще возможно, что я возбуждаюсь все сильнее?

Я прикусил внутреннюю сторону бедра, мысленно отметив, что и это ей нравится. Спустя мгновение она вцепилась ногтями мне в плечи и рассыпалась в мольбах и хриплых вздохах.

Я выпрямился с самодовольной ухмылкой. Я обожал доставлять ей удовольствие. У Ракель раскраснелись щеки и появилась довольная, ленивая улыбка на лице.

— Значит, тебя заводит, когда я называю тебя сеньорита Гарсиа.

— Да. – Она глубоко вдохнула и положила руку на грудь, пытаясь успокоить дыхание.

— Когда ты возбуждаешься, ты говоришь очень интересные вещи.

— Ты тоже.

Я коснулся ее подбородка и поцеловал ее. Она положила ладонь мне на грудь, прямо на сердце, и провела указательным пальцем по татуировке. Теперь, когда она знала ее происхождение, я чувствовал, что мы невероятно близки. Казалось, что она смотрит на меня так, будто действительно видит насквозь. Наверное, поэтому я поцеловал ее медленно, с нежностью.

Но, как только она запустила руку мне в боксеры и я почувствовал тепло ее ладони на коже, мягкость поцелуя сменилась жадностью.

— Да… вот так, трогай меня. – Мои слова звучали почти умоляюще.

— Теперь ты. Когда ты впервые прикоснулся к себе, думая обо мне?

Я прикусил нижнюю губу, когда она начала энергично двигать рукой вверх и вниз.

— Когда ты ушла с тем серфером… – выдохнул я. – То платье… Это было эпическое самоудовлетворение… Я думаю об этом платье постоянно.

Она довольно улыбнулась, не прекращая движений.

— А на следующий день… ты слышал меня на кухне?

Я зарычал и застонал ей в губы, запустив пальцы ей в волосы. Свободной рукой она кое-как стянула с меня белье. Сердце колотилось где-то в горле.

— Когда ты кричала, что отчаянно хочешь с кем-нибудь переспать?

Она остановилась.

— Про отчаянно я не говорила… – обиженно сказала она.

— Говорила. Я слышал. – Я накрыл ее ладонь своей и снова повел ее вверх и вниз. – У меня встал, и пришлось смыться.

— Я рада. – Она снова пошевелила запястьем, и я отпустил ее руку.