Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 152 – Виолета Рид

— О боже, да. – Я широко улыбнулась. – Мне ужасно хочется суши с лососем.

— Отлично. Тогда я закажу.

Я вышла из кабинета, охваченная каким-то неожиданным оптимизмом. Сцена признания, которую он написал, и правда нуждалась в доработке, а его готовность обсуждать мои правки означала, что между нами произошел большой сдвиг. И это только осложняло то самое утреннее чувство, от которого я никак не могла отделаться: «Мы проведeм восемь дней порознь, и я не уверена, что хочу уезжать».

* * *

Днем, незадолго до моего отъезда, Уилл появился в библиотеке.

— Я закончил, – объявил он.

Я оторвалась от рукописи, которую читала, и увидела, что он стоит прислонившись к дверному косяку. С книгой Мии Саммерс в руках.

«Он правда еe прочитал?!»

— Ну и как тебе?

— Не мой жанр, но признаю, что написано хорошо.

Я улыбнулась, не скрывая радости.

— То есть понравилось?

— Ну… не то чтобы прямо понравилось…

— Почему бы тебе не сесть? Обсудим. – Я хлопнула ладонью по полу.

— Почему ты сидишь на полу, если у тебя есть кресло?

— Потому что здесь удобнее. Можно сесть по-турецки и разложить всe вокруг.

Уилл вздохнул и устроился напротив меня.

Полуденное солнце освещало левую сторону его лица, отчего глаз казался еще светлее. Зеленая рубашка очень ему шла – как и тот факт, что он читал книгу, отредактированную мной. И вообще он выглядел лучше, чем когда-либо.

— Итак?

— История неплохая. Мия пишет очень подробно и захватывающе, ее сравнения впечатляют: мне понравилась метафора отношений как цунами. – Он положил книгу рядом. – В остальном я прекрасно понимаю, почему ты ее так обожаешь. В ней есть все, что тебе нравится: от ненависти до любви, запретные отношения, постоянное напряжение и главный герой, который совершенно очевидно написан женщиной.

Я нахмурилась.

— Что не так с Беном?

— В начале он самодовольный тип, а к концу – образцовый плюшевый зайчик. Он всегда находит нужные слова. Как ни откроет рот – сахар зашкаливает.

У меня вырвался смешок.

— И в чем проблема?

Уилл провел рукой по едва наметившейся щетине и на пару секунд задумался.

— Ну, моя главная претензия – к мужской точке зрения, – пояснил он. – Есть фразы, которые мужчина не скажет. Например, что у него «порхают бабочки в животе».

— А как бы сказал мужчина?

— Мужчина сначала сделал бы больший акцент на физическом влечении. А когда дело дошло бы до чувств, выразил бы их куда проще. Сказал бы, что у него учащается сердцебиение, и на этом все. Он не стал бы сравнивать удары сердца с трепетом крыльев колибри, понимаешь?

— Мужская простота во всей красе. Принято.

— Ну и, если честно, этот Бен – сплошной набор клише, просто невероятно… Иногда его вообще невозможно понять. Не знаю, как Джейн не замечает, что он идиот.

— А по-моему, Бен идеален, – вздохнула я с влюбленным видом. – Мне нравится, что он одновременно сексуальный, нежный и саркастичный.

— Фу. – Уилл притворно передернулся. – По-моему, с романтическими жестами он переборщил. Мы, мужчины, не делаем всей этой слащавой ерунды вроде беготни по аэропортам или появления с плакатами у двери твоего дома… Я понимаю, почему тебе нравится Бен, но, на мой взгляд, Хантер в тысячу раз интереснее.

Я улыбнулась. Его самоуверенность начинала казаться довольно милой.

— Мне нравятся оба, но если уж выбирать… пока что я выбираю Бена.